Даже до того, как она набралась храбрости и позвонила в дверь, Бет подумала, что чувствует, как зло расходится волнами от дома сэра Джорджа Дина. Один из его восточных слуг сразу же открыл. У него лицо осунулось и было меловым от шока.
– Мисс Ферн гостиная, – хрипло пробормотал он, показывая рукой в направлении гостиной.
Бет со страхом огляделась вокруг. Столик красного дерева со сломанной ножкой отшвырнули к стене. Картина Брака, которую обожал сэр Джордж, была вырезана из рамы.
Бет крепко зажмурила глаза, прикрыв их дрожащими пальцами. Она глубоко вздохнула, прежде чем смогла двигаться дальше.
В дверях бывшей прелестной гостиной она просто застыла. На ковре валялась набивка из вспоротых диванов и кресел. Сиденья кресел «Чиппендейл» были разрезаны и стулья валялись по всей комнате.
Картины висели по стенам криво. Слово «педрило» и «гомик» были выведены чем-то красным на стенах. Возле камина темно-красные подозрительные пятна. Кругом валялись увядшие цветы и осколки стекла. Ферн сидела на разоренном диване перед огромной стеклянной дверью, выходившей в сад. Она пила мартини, и ее лицо было грустным и осунувшимся под шапкой светлых волос.
– Выпей, – прошептала она, наливая в бокал из сосуда, стоявшего перед ней на столике. У нее сильно дрожали руки.
Бет подумала: «Я сейчас упаду в обморок». Она плюхнулась в кресло и взяла бокал. Немного алкоголя пролилось прямо ей на колени.
– Понимаешь, я пришла очень поздно, – жалобно сказала Ферн. – Мне кажется, что я только заснула, и тут является Чарли, начинает колотить в мою дверь и кричать, чтобы я скорее шла сюда. Он рассказал, что, когда пришел, чтобы сварить кофе и проветрить комнаты, – обнаружил сэра Джорджа и парня, который был с ним всю неделю, они просто валялись на полу, неподвижные, а вокруг полно крови. Я вскочила, накинула халат, вошла через эти стеклянные двери, и… здесь как будто ураган пронесся. Кругом кровь, столы перевернуты, стулья поломаны, разбиты вазы и порезана софа, валяются бутылки. Просто вандализм какой-то, – добавила она, грустно заглядывая в глаза Бет. – Поверь, это даже по-другому и не назовешь!
Бет одним махом осушила бокал и налила себе еще.
– Мне так не хотелось подходить к сэру Джорджу, – продолжала Ферн, – я никогда раньше не видела мертвецов. Я даже думать об этом не могу. Я просто это ненавижу!
Она закрыла глаза и глубоко вздохнула, откинув голову на спинку дивана.
– Я думала, что упаду прямо там, на том самом месте, понимаешь? Я хочу сказать, что у него был разбит весь затылок… Кровь пропитала весь его костюм и ковер. Парень лежал рядом с ним и тоже мертвый – мертвее не бывает! И он был тоже весь в крови. Я сказала Чарли: «Не стой здесь как чурбан. Вызывай полицию!» – а он смотрит на меня и весь трясется. Я же вижу, как он испугался. Тогда я сказала: «Хорошо, я сама вызову». Я теперь вся в шоке, ты же видишь, не так ли? Я огляделась – вокруг сплошной разгром. Все поломано и разбито, просто ужас! Но они много чего забрали с собой. Пропало все серебро и эти маленькие ювелирные золотые коробочки, ну ты знаешь, такие филигранные. Ты их помнишь? И эти говнюки порезали Брака и Модильяни. Кретины, да? Они стоят больше, чем все остальное в доме.
– О, Ферн, – прошептала Бет. – Какой ужас!
– Потом должна была приехать полиция, а я все еще в розовом пеньюаре и босая, понимаешь? Я побежала к себе и натянула на себя брюки и блузку, намазала губы и сразу же вернулась. А полиция уже стучится в дверь, прибыли парни из отдела убийств, они приехали так быстро, просто через десять минут. Правда! Они начали осматривать тела – сэра Джорджа и того, другого, – и задавать массу вопросов. Они все записывали, и фотографы фотографировали тела и все вокруг. Потом начали снимать отпечатки пальцев, они проверяли замки на стеклянных дверях.
– Потом наступило время, когда должна была прийти на работу секретарь, так?
Ферн посмотрела на Бет, как будто той все уже было известно.
– Она пришла и попала в самый разгар расследования и начала орать. И орала не переставая. Я ей сказала: «Возьми себя в руки. Выпей кофе! Нам нужно подготовить пресс-релиз».
Она грозно посмотрела на Бет, как будто была разочарована ее реакцией.
– По ТВ и радио передавали целый день, – запальчиво сказала она. – Я просто поражена, что ты ничего об этом не знала, пока я тебя не отловила.
– Я ничего не включала, – извиняющимся тоном ответила Бет.
– Это кровь, – заметила Ферн. – Эти слова на стене написаны кровью.
– Нет, нет! – задохнулась Бет.
– Я так странно себя чувствую, просто дико расстроена, понимаешь? – сказала Ферн механически. – Я начала звонить тебе и звонила, звонила – и не могла дозвониться! И ты знаешь, что я решила? Я решила, что мне стоит выпить. Если я выпью, то, может, мне станет лучше. Но ты знаешь? Мне не стало лучше. Мне совсем не стало лучше. Она остановилась, и на ее лице появилось удивленное выражение.
– Ферн, тебе нужно что-то съесть, – сказала Бет. – Ты, наверное, ничего не ела весь день. Тебе будет плохо. Я попрошу, чтобы тебе что-нибудь приготовили, ладно?
