– Тебя не знаю, – палец Иррашьи уткнулся в грудь Фергии. Точнее, куда-то в район желудка, и Фергия хихикнула. – Что хохочешь как гиена? Ну, говори толком! Вейриш? Она всегда такая?
Я кивнул.
– Повезло тебе, ничего не скажешь…
– У нас просто общее дело! – опомнился я. – У меня жена есть, а это…
– Фергия Нарен, – представилась та. – Я родом из Арастена.
– Нарен? Знавала я кое-кого с похожей фамилией, но это было давным-давно, – пробормотала Иррашья, и глаза Фергии вспыхнули опасным огнем. Все, теперь точно не слезет с прабабушки, пока не допытается о своих предках! – И что тебе тут понадобилось, колдунья?
– Ищем кое-что, уважаемая. Но это лучше обсуждать без посторонних.
– Ладно… Повторю первый свой вопрос: куда вы подевали Игирида? Это он меня звал, больше некому!
– Он на корабле остался, уважаемая, – подал голос Альви, – там беда стряслась. Ну да о ней Фергия лучше расскажет. А мне бы… дочь похоронить. Не дело, что она так вот лежит…
Иррашья развернулась к нему, всмотрелась внимательно, потом перевела взгляд на покойников.
– На пару суток нельзя отлучиться, – проговорила она наконец. – Я чую – зло коснулось этих мертвых и ушло прочь… Что тут произошло, говорите, ну?!
– Уважаемая, может, присядем? – предложила Фергия. – Раз бочонок все равно треснул, так и выпьем из него за знакомство, а за чаркой орты разговор лучше идет…
Я представил, что может сотворить и без того разгневанная Иррашья после хорошего глотка орты без закуски, и подавил желание удрать отсюда со всех крыльев.
Паузу очень вовремя нарушил знакомый уже Арду, примчавшийся из поселка.
– О Великая! – Он с разбегу грохнулся перед Иррашьей на колени, наверняка ссадив кожу. – Прости, что замешкался, мы не знали, что ты вернешься в неурочный час… Да еще так страшно полыхало! Мать меня не пустила, боялась, сгорю, если подойду близко!
– Правильно сделала, что не пустила, – проворчала прабабушка и пригладила волосы, правда, без особенного успеха. – Вовремя ты явился. Сбегай-ка и принеси нам лепешек, сыра и прочего, сколько донесешь. С этими гостями я здесь потолкую… И подстилку какую-нибудь захвати, не на голых же камнях нам располагаться.
– У нас коврик найдется, – встряла Фергия, – в смысле попона, а то, знаете ли, на вашем правнуке без нее сидеть все равно что на заборе, очень уж жесткий… Так что вы уж усаживайтесь, а мы и так перебьемся. А вместо подстилки лучше Арду побольше еды принесет!
– Брату вели помочь, – кивнула Иррашья мальчишке, и тот умчался, только пятки сверкнули.
Фергия услужливо расстелила то, что называла попоной, то есть очередной драный ковер (уж не знаю, где она его раздобыла, но точно не у Итиша), положила на него свою подушку и пригласила Иррашью усаживаться. Та хмыкнула, но все-таки села, привычно подобрав под себя ноги.
– Рассказывайте, – приказала она, когда мы расселись вокруг, и ее огонек-спутник устроился на камнях, превратившись в костер. – Да по очереди! Не люблю, когда перебивают…
– Тогда лучше начинать Альви, – тут же сказала Фергия. – А потом уж мы расскажем о прочем.
– Вы же не хотели говорить при посторонних, – напомнил я.
– Ну так мы клятву возьмем, чтоб они с Никси не разболтали. Конечно, сильному магу такая клятва на один зуб, но если почтенная Иррашья приложит к ней руку, тот, кто попытается добиться от Альви и Никси подробностей, не зубы, а челюсти сломает.
– Прекрати называть меня почтенной, – мрачно сказала Иррашья.
– А как тогда? Великой?
– По имени! – рявкнула прабабушка, и пламя костра затрепетало.
Никси затих, прижавшись к Альви, и, кажется, пытался притвориться, что его тут вовсе нет: очень уж страшные чудеса творились вокруг.
– Как прикажешь, почтенная Иррашья, – серьезно сказала Фергия и снова захихикала.
Что ее так разбирает, не пойму? Неужто успела приложиться к своему бочонку? Да нет, вроде бы не пахнет…
Против ожидания, прабабушка не разгневалась, а даже улыбнулась.
– Точно как Файрани, – пробормотала она, – такой же был зубоскал… за что и получил проклятие.
– Как, и он тоже? – приятно удивилась Фергия. – Расскажи, умоляю!
– Может, и расскажу. Но сперва вы мне объясните, что происходит на моем берегу…
Альви закончил со своим рассказом как раз к тому времени, как Арду со старшим братом принесли лепешек, сыра, копченого мяса и целую корзину незнакомых фруктов. Иррашья отослала их одним жестом, выбрала лепешку порумянее и вонзила в нее зубы, ну и мы не заставили себя упрашивать. Не знаю, из чего Фергия сотворила чарки, но орта из них не выливалась, и я подумал: к утру тут будет по меньшей мере один пьяный дракон и не вяжущая лыка волшебница, и что может выйти, лучше не думать. Оставалось только надеяться, что прабабушка Иррашья не даст нам натворить чего-нибудь ужасного.
– Значит, вот даже как… – протянула прабабушка, выслушав Альви и Никси. Мальчишке было страшно, я видел, но и любопытство разбирало. – С кораблем вашим все ясно. Выручим, как рассветет. Теперь ты говори, колдунья.
– Меня тоже можно называть по имени, – чарующе улыбнулась Фергия и прежде, чем Иррашья успела вставить хоть слово, принялась говорить.
