– Вот-вот. Я думаю, он с ней не из зазеркалья разговаривал, а просто… м-м-м… являл свой образ на подходящей поверхности. Это не так уж сложно проделать, а сам он мог прятаться где-то поблизости.
Я почесал в затылке. Что ж, похоже на правду. Жаль, змеедеву не расспросишь поподробнее…
– Верно я понимаю, что связные зеркала были заколдованы каким-то особенным образом? – спросила Фергия, и Иррашья кивнула. – Выходит, я права, и лужа или обычное стекло не годятся для перемещения и… как бы это выразиться… выхода наружу. Вследствие чего мы приходим к выводу, что сохранилось не только то зеркало, которое спрятано в твоей сокровищнице, почтенная, раз уж ты утверждаешь, что попасть в нее никто не может и выйти без твоего позволения тоже.
– Возможно, ты и права… – задумчиво произнесла Иррашья. – Что-то могло сохраниться. Мало ли, завалялось у кого-нибудь в подвале или на чердаке, а может, стоит себе в лавке у старьевщика…
– А вдруг достаточно и осколка? – предположил я.
– Не знаю. Но разбить такое зеркало невозможно, я пробовала, уж поверь.
– Можно ли взглянуть на него? Оно ведь тебе не слишком дорого, почтенная? То есть я могла бы предложить выкуп, да боюсь, если выложу перед тобой весь мой золотой запас, только насмешу тебя!
– Это уж точно, – Иррашья усмехнулась. – Мне это зеркало не нужно, могу отдать и так. Быть может, это обычная стекляшка.
– Не думаю, не думаю… – Фергия прикусила ноготь. – Дженна Дасс наверняка как-то был привязан к своему узилищу, и если даже теперь обрел относительную свободу, то… Словом, нужно смотреть и разбираться! Как бы нам получить зеркало, почтенная?
– Принесу… но уже не сегодня. – Прабабушка взглянула на небо, на бочонок с ортой и вздохнула. – Вечером полечу. Вас с собой не возьму. Займитесь этим вашим кораблем, как раз управитесь. Вернусь – посмотрю, чем можно помочь морякам. И не вздумайте за мной следить!
– И в мыслях не было, – заверил я, потому что ни одному дракону, если он не желает драки насмерть, не придет в голову выслеживать чужую сокровищницу. Ну и тем более связываться с Иррашьей…
Когда я проснулся, солнце было уже высоко, в бок мне впивался острый камень, в голове гремели дикарские барабаны и ревели боевые алефанты, рядом храпела Фергия, бесцеремонно прикрывшись моей рукой от безжалостного солнца, а Иррашьи нигде не было видно.
– Эй… Эй… – тихо позвал кто-то, и я со стоном приоткрыл один глаз.
Рядом со мной на корточках сидел Арду и смотрел с заметным сочувствием.
– Эйш-шодан, солнце уже высоко, – произнес он шепотом. – Не надо спать тут. Пойдем в дом.
– Да, ты прав… – Я с трудом сел и взялся за голову. Сколько ж мы вчера выпили? Бочонок на троих – это точно, потом Фергия откупорила еще один…
– Шодан, я боюсь будить эту женщину, – еле слышно сказал Арду. – Давай ты сам?
Я прекрасно его понимал, поэтому потыкал Фергию в бок, но она только отмахнулась и повернулась ко мне спиной.
«Вода!» – вспомнил я и с пятой попытки вызвал фонтанчик на ладони, заставив Арду восторженно ахнуть.
– О-о-о, как хорошо… – пробормотала Фергия, когда я щедро ее полил. – Еще… еще…
Тьфу ты, я и забыл, что она выросла на Севере, а там холодным обливанием никого не напугаешь!
– Иррашья принесла зеркало, – шепнул я ей на ухо и едва успел отпрянуть, так быстро вскочила Фергия. Еще немного, и быть бы мне с разбитым носом.
– Где?… – Она огляделась, увидела только меня и Арду, плюнула, улеглась обратно и сказала: – Ваши шуточки, знаете ли… Поспать не дадите!
– Нечего спать на такой жаре, – потормошил я ее за плечо. – Идемте под крышу. Арду, ты же в дом Игирида нас зовешь?
– Куда еще?
– А где Альви? – томно спросила Фергия, раскинувшись на камнях, как опытная шуадэ на ложе. Ну или как престарелый многоног во время отлива.
– Альви-шодан с рассветом ушел в море, – доложил мальчик. – Хотел позвать вас двоих, но Великая сказала ему, что не надо…
– Спасибо ей на этом… – Фергия все-таки села, на удивление бодро встряхнула головой и присвистнула, увидев пустой бочонок и другой, откупоренный. Потом пересчитала остальные и успокоенно вздохнула. Все-таки жадность у семейства Нарен в крови.
– А Великая отправилась по своим делам, сказала, будет через неделю, не меньше. Велела вам не отлучаться, покуда ее нет, – добавил Арду.
– Да мы и не собирались. – Я с трудом поднялся на ноги. – Пойдемте правда в тень.
– А мои бочонки? Что, орта так и должна портиться на солнце?
– Я их не дотащу, я вам не ишак.
– Разве я об этом? Арду, сбегай-ка в поселок, приведи кого-нибудь, пусть отнесут бочонки в дом Игирида… И скажи – если я замечу в каком-нибудь убыль, особенно вот в этом, откупоренном, самого превращу в какой-нибудь горшок!
– Могла бы не предупреждать, шади, – с обидой ответил мальчик. – Кто же станет воровать у гостей Великой?
Он убежал, а мы поплелись вниз по склону в поселок. Фергия висла на мне всей тяжестью, хотя, кажется, чувствовала себя намного лучше, чем я.
– Сейчас дойдем, выпьем ойфа, – сказала она мечтательно, – и очнемся…
