Разбудил меня очень требовательный стук по воротам. Задолбали будить ей Богу! Ворчливо встала и пошла к хулигану. Открыв дверь ужаснулась, там стоял Тема, с разбитой губой, перемотанной головой и забинтованной рукой.
— Что случилось? — моментально севшим голосом спросила я.
— На нас напали, на трасе, есть убитые и много раненых. — он мне это уже на ходу рассказывал, пока я на всех парах летела в госпиталь. По среди двора стояли машины колонны «Динго» жестоко расстреляны, одна даже дымилась. В сам госпиталь не пускали, там спасали жизни, и посторонним хода нет.
— Алекс. — видя, что я на грани истерики замялся. — Макс…он…
— Что? Говори уже! — вот и спалилась, но сейчас не до секретов.
— Он нас предал… — сухо ответили мне.
— Как так-то? — я оперлась о стену и съехала без сил на бетон, малый хотел меня подловить, но скорчившись в гримасе боли сел рядом.
— Мы ехали с задания, как неожиданно Макс в рацию на общей частоте сказал о том куда мы едем и на каком участке трассы. Мы думали, что это шутка, ну или медик устал и просто повторил, но, это оказалось не так. Буквально через минуту мою машину обстреляли, я затормозил, и ехавшая следом врезалась, ее немного развернуло и преградила дорогу. Затем появились машины, они выехали из-за насыпи у дороги. Открыли огонь со всех сторон, повезло тем, кто ехал в броннике. Остальным же досталось. Нам с горем пополам удалось удрать проселочной дорогой, я уже думал, что Серый не дотянет, но он все время говорил, что хочет тебя увидеть. — На эмоциях рассказывал тот. — Когда мы начали перекличку не досчитались троих, как потом оказалось Макс во время обстрела выскочил с машины и удрал к вражеской. Я не знаю даже как на это отреагирует полковник. — мне это волнует меньше всего, как так-то? Как он мог? Он же такой милый…. Добрый… Сердце непроизвольно сжало в тиски, до тошноты, потекли слезы, как же так… Влюбилась одна! Идиотка! Из-за твоей любви Алекс, чуть не погибли Тема с Сергеем, а ведь они сделали для тебя больше чем твой Макс!!! Повелась на красивую мордашку вот теперь страдай, идиотка, идиотка, идиотка!!
— Его сильно ранено? — выдавив через всхлипы спросила, и уставилась заплаканными глазами на малого, он скривился, тут стало все понятно. Спрятав лицо в ладошках заревела так что Тема кинулся меня утешать. А я винила себя в этом, просто будь я рядом…
— Ты главное не волнуйся, Сергей сильный, не умрет. Но, в госпитале пролежит долго, надеюсь ты будешь его проведывать. — он гладил меня по спине пытаясь утешить.
— Ну что ты говоришь, конечно буду! Я сейчас хочу его увидеть, но как видишь не пускают.
— Скоро уже, скорей всего его оперируют, только не волнуйся, заштопают снова бегать будет.
— Ну бегать ему еще рано, пусть просто выживет. А с тобой что? — я немного вникла в уверенность парня, успокоилась.
— О руль ударился, руку и голову осколками порезало, не считая бандитской пули в конечности. Жить буду. — он так же, как и я почти успокоился, правда руки дрожали, как и голоса.
— Что тут произошло?! — в приказном тоне спросил полковник, мчась на всех парах к нам.
— На нас напали. — парень рассказал все что знал, и что узнал от товарищей.
— Значит вот как, не понимаю его действия. Десять лет вместе отслужить, отвоевать, спасая друг другу шкуры, есть из одного котелка, а потом в один миг, подставить свою команду. При чем погубив почти пятерых друзей, хотя после всего пережитого были как братья. — полковник погрустнел, ну да больше уже ничего не сделаешь, теперь остается набрать недостающих в команду, и ждать выздоровления раненых. Я еще найти эту тварь и прибить.
— Я сам его грохну, когда увижу. — обиженно прошипел Тема, будто прочитав мои мысли. Я его понимаю, сама бы не смогла, хотя он тоже не сможет, зато сможет полковник.
— Нет, мне эту тварь живой достать. — Карманов прошипел уже яростно. У парня так хорошо получалось успокаивать что я, уткнувшись носом в его грудь тихонько стояла.
Госпиталь собой напоминал обувную коробку, но немного шире и длиннее. От главного входа и аж до противоположного, коридор по левую сторону имел кабинеты врачей, а по правую всего две двери. Через них заходишь в «коридор» палату. Стояли мы возле входа, все суетились, бегали, хоть бы кто лавочку поставил.
Полковник ушел внутрь, ему можно, а нам жди. Через десять минут он вышел мрачный, ничего не сказал, ушел в штаб. По его лицу было понятно, что хорошего там мало, неизвестность мучительна, я снова зарыдала.
Ждать пришлось несколько часов, с нас сжалились и вынесли лавочку. А то я расселась на бетоне и подперла стену. Когда вышел врач я думала собью его с ног, он спиртом вытирал руки, был немного уставшим, и лысина блестела от пота.
— Ну что там? — почти в один голос сказали все, кому было не пофиг на судьбы своих коллег.
— Жить будут, правда было сложно, но благо вирус не дает умереть быстро. — хоть врач и был худой, немного сутулившийся голос низкий, если бы его не видела, а услышала в жизнь не подумала, что голос принадлежит такому сдохлику.
