И объекты, падающие из супсргеографических ледяных по лей: плоские куски льда с сосульками. Я думаю, что недостаточно отчетливо выразил, что, если эти образования были не сосульками, а кристаллическими наростами, то такие кристаллические образования не менее ясно, чем сосульки, указывают на долгое пребывание во взвешенном состоянии. В «Popular Science News» (23–34) сказано, что в 1869 году близ Тифлиса выпали крупные градины с длинными выростами. «Самое примечательное относительно этих градин, что, в свете современных представлений, для их образования потребовалось весьма продолжительное время». По сообщению «Geological Magazine» (7-27) этот град прошел 27 мая 1869 года. Автор говорит, что ни одна из известных ему теорий не дает объяснения этому факту — «для разрастания такой кристаллической формы необходимо долгое пребывание во взвешенном состоянии».
Снова и снова тот же феномен.
Четырнадцать дней спустя почти в том же месте снова выпали такие же градины.
Реки крови в жилах белковых морей, или в яйце огромного инкубатора, для которого эта земля является центром развития — суперартерии в Генезестрине: закаты — отражения цвета ее крови: от них небеса иногда краснеют северным сиянием: резервуар для суперзародышей, из которого исходят новые формы жизни…
Или что вся наша Солнечная система — живое существо: и дожди крови на этой Земле — ее внутренние кровотечения…
Или огромные живые существа в небе, подобные огромным существам, скрывающимся в глубинах океана…
Или некая случайность; случайное время, случайное место: создание величиной с Бруклинский мост, живущее во внешнем пространстве — нечто размером с Центральный парк убивает его…
Оно истекает кровью.
Мы представляем ледяные поля над этой землей: сами они не падают на эту землю, но с них стекает вода…
«Popular Science News» (35-104):
По словам профессора Луиджи Палаццо, директора Итальянского Метеорологического Бюро? 15 мая 1890 года в Мессиньяди, Калабрия, с неба выпало что-то цвета свежей крови.
Вещество было исследовано в главной медицинской лаборатории Рима.
Оно оказалось кровью.
«Наиболее вероятное объяснение тому явлению, что стая мигрирующих птиц (дроздов или ласточек) была захвачена и разорвана страшным ветром».
Поэтому субстанция была идентифицирована как кровь птицы.
Какая разница, что говорят микробиологи в Риме — что им пришлось сказать — и какая разница, если никем не подтверждено, что в это время дул яростный ветер — и что яростный ветер наверняка распылил бы подобную субстанцию — и что нигде не сказано, чтобы с неба падали мертвые птицы — или что в небе видели птиц — или что кто-нибудь видел хоть птичье перо…
Вот один факт.
С неба падала кровь.
Но позже, в том же месте, с неба снова падала кровь.
«Notes and Queries» (7 8 508)
Корреспондент из Девоншира пересказывает услышанную гам историю: случай произошел примерно за тридцать пять лет до даты написания статьи.
Снег, лежавший на земле — весь Южный Девоншир, проснувшись однажды утром, нашел на снегу невиданные следы — «следы когтистых лап» или «непонятные отпечатки» — шедшие с большими, но правильными интервалами, перемежаясь отпечатками, какие могли быть оставлены палкой, но разброс следов — огромная территория, покрытая ими, — препятствия, такие как изгороди, стены, дома, видимо, перепрыгивались…
Общее волнение — по следам отправлялись охотники с собаками; когда следы уходили в лес, собаки пятились с испуганным лаем, так что никто не осмелился войти в лес.
«Notes and Queries» (7-9-18):
Корреспондент хорошо помнит этот случай: барсук оставил следы на снегу, это выяснили, и волнение «в одночасье сменилось полным спокойствием».
«Notes and Queries» (7-9-70):
Корреспондент много лет хранил изображение следов, срисованных его матерью со снега в саду их дома в Эксмуте: что они напоминают отпечатки копыт, но были оставлены двуногим.
«Notes and Queries» (7-9-253):
Еще один корреспондент, хорошо запомнивший волнения и страхи «в некоторых классах населения». Он уверяет, что из зверинца сбежал кенгуру — «его следы были столь странны и далеко расставлены, что внушили опасения, что по округе разгуливает дьявол».
Мы выслушали рассказ, а теперь проследим его по источникам того времени. Позднейшие воспоминания подвержены воздействию времени, заставляющему ради согласования с общепринятым чем-то пренебрегать, что-то домысливать, что-то искажать. Например, «установившееся в одночасье спокойствие». Если я выясняю, что спокойствие восстановилось достаточно быстро, то склонен допустить, что ничего необычного не произошло.
Я выяснил, что волнение продолжалось неделями.
Но это следовало сказать, чтобы отвлечь внимание от не согласующихся данных.
