Герой полез в рюкзак, и немного порывшись внутри, выудил бутылку, молча предав его товарищу по оружию. Не обращая внимания на удары и шкрябанье с той стороны двери напарник, отбив горлышко кортиком, приложился долгим нескончаемым глотком. Осушив почти половину за присест, он передал бутылку Давиду. Так они просидели около часа молча глядя на кровавый рассвет.
— Это кажется твоё? — Проговорил Сасун, снимая за спины РПК.
— Моё… — Удивлённо ответил герой, принимая пулемёт. — Но как? Я думал, что потерял его внутри?
— Так и есть… ты, как пошёл сапёркой махать, будто косой на поле, так у тебя он из рук и выпал. А я поднял, жалко ведь вещица хорошая.
С боку послышались голоса людей и лай собак. Вскоре из-за угла показался небольшой отряд караульных, придерживающий на поводках двух огромных, мохнатых псов. Луч фонаря больно ударил по глазам героя. Конвоиры остановились в паре десятков метров, и нацелили дула автоматов на двоих сидящих на земле побратимов. Внезапно послышался мужской удивлённый голос:
— Сасун? Ты что здесь делаешь? А это ещё что за горобец? — Проговорил неизвестный, освещая покрытое кровью лицо героя.
— Это я дядь Жора. А это мой друг Давид. Мы здесь по заданию мэра.
Фонари погасли, прекратив ослеплять героя, и он увидел спешащего к ним низкорослого, небритого мужчину средних лет. Подойдя к ним, мужчина склонился над Сасуном, разглядывая его раны.
— Что ж тебя, горобец ты этакий по ночи сюда попёрло? Батя твой где?
— Вот он… — Указал пальцем на тело отца Сасун.
— Мать честная! — Пошатнулся мужчина, только заметив, в высокой траве бездыханное тело Агвана. — Мы слышали выстрелы и взрывы, но думаю, если разводящий по рации тревогу не подымает значит всё в порядке. Думал, опять штрафников пригнали… а где разводящий?
— Думать надо меньше, а соображать больше! — Рявкнул, подражая чужой манере разговора, герой. Поднявшись, держась за стену и, пошатываясь, побрёл в сторону Ровного. — Разводящий ваш здешних тварей кормит. Да и вам я бы не советовал здесь оставаться… Не ровен час, найдут они для себя лазейку наружу…
Будто в подтверждение за стеной кто-то заскрёбся, а потом послышались глухие удары. Пара кирпичей отвалились от стены, и упали возле самой головы Сасуна. Сасун уподобившись герою, поднялся на ноги, и поплёлся к телу отца. Взяв Агвана на руки, он заковылял следом за Давидом.
— Стоять! — Послышался крик караульного.
— Это ещё почему? — Обернулся герой к караульному, которого Сасун назвал дядей Жорой.
— Я не позволю…
— Почему?
— Устав… — окрепшим голосом отозвался караульный, направляя дуло автомата на нарушителей. — Извини Сасун, ничего личного… Хотя, батю твоего, я с малых лет недолюбливал.
— Послушай Жора! Или как тебя там… — Стараясь подавить затаившийся в глубине страх, сказал герой. — Я знал одного из ваших, который руководился уставом. И где он сейчас? Немедленно покидайте этот объект, здесь не осталось ничего кроме смерти.
Некоторое время на лице караульного были видны черты колебания. За его спиной послышались звуки снятого с предохранителя автомата. Две псины, улёгшись на землю, надсадно дышали.
— Нет! — Твёрдо решил для себя Жора. — Такой случай упускать нельзя! Мы здесь одни. Лишних свидетелей нет. А за ваши с Агваном головы, Гасан немало заплатит. Эй, ребята! — Обратился он к своим товарищам. — Разберитесь-ка с нарушителями!
Кирпичи всё в большем объёме обсыпались со стены, а дверь дрожала на навесах, под натиском тварей. Каменная кладка неподалёку рухнула, образовав небольшой проход в стене. Из темноты здания выпало пара тел грибников, и рывком вскочив на ноги, кинулась к людям, разрывая глотки, жуткими хрипами. Ненадолго устоявшуюся тишину ночи прорезали пара очередей. Твари рухнули на землю, не добежав до людей каких-то жалких пару метров.
— Это что за херня только что была?! — Воскликнул Жора, опуская автомат и разглядывая тела грибников.
— Бежим! — Шепнул Давид напарнику, и припустил в сторону дыры в заборе.
За спиной послышались громкие возгласы, и команды. Над головой разрывая собой тугой воздух, завжикали пули. Послышался лай собак. Внезапно ход в стене расширился в разы, вываливая наружу ломаный кирпич, и из него на караульных накинулись пару десятков мертвецов.
Герой бежал к забору, петляя зигзагами. За ним надсажено сопя, бежал Сасун, таща на руках тело отца. Давид с разбега влетел в дыру между плит. Пропуская вперёд товарища, он напоследок оглянулся назад.
Возле стен происходил яростный бой, между людьми и ходячими трупами. Пара собак с скулежом исчезла в кишащей массе мертвечины, бесчисленными десятками выплёскивающейся из дыры в стене. Отряд караульных держался недолго. Вскоре их с боков обтекла река грибников, и похоронила под собой, заглушая их предсмертные крики чавканьем, и хрустом костей. Не желая смотреть, Давид принялся догонять товарища.
