Когда-нибудь Солнце навсегда погаснет, и погрузившись на огромный корабль, человечеству останется только плыть в бесконечной пустоте космоса, каждую секунду проводя за тяжким трудом в надежде на светлое будущее.
Сотканные из света стрелки часов парили над прозрачной столешницей, указывая на то, что полдень миновал уже очень давно. Однако, глядя в темные провалы иллюминаторов, Лара продолжала ощущать давление бесконечной ночи, в которую погрузилось человечество.
Сколько жертв придется оплакать после новой трагедии? Сколько удастся удержать хрупкое спокойствие флагмана?
Лара смогла пережить уже так много, оставаясь на корабле Галактика2.4, что перспектива покинуть флагман пугала её, выбивала почву из-под ног. Поймав себя на такой странной мысли, девушка улыбнулась. Какая же может быть почва, когда под ногами только пластик и металл.
Зашуршала листва исполинских деревьев, вросших в Галактику, как в память людей вросли воспоминания о потерянной, давно сожженной родине, заработала система вентиляции, гоня воздух к кислородным фабрикам и из них.
Глубокий вдох.
Волосы и кисти сережек качнулись от лёгкого ветерка, несколько прядей зацепились и остались на высоком, похожем на рыбий плавник, воротнике. Дышать стало легче, система жизнеобеспечения стала потреблять энергии чуть меньше и с облегчением вернулась к работе на базовых настройках. Холодная капля конденсата скатилась по стенке бокала на руку девушки, и та еще раз ощутила, насколько теперь её оболочка совершенна в сравнении со всем, что она носила прежде. Нервные окончания хоть и искусственные, передавали информацию в мозг так четко и так знакомо, что казалось вот-вот получится вспомнить. Вот-вот откроются воспоминания из жизни до кончины родной планеты в огне умирающей звезды. Но прозрение всё никак не наступало.
Завтра ей предстояло окончательно покинуть флагман маленького человеческого флота, ведь свою полноценную жизнь начинала Академия Цифрового разума. Отправиться в одиночной капсуле со всем необходимым оборудованием для проведения вступительных испытаний в единственную человеческую колонию оказалось самым волнующим предприятием в жизни девушки. И как же не кстати оказалась вспышка новой болезни. Лара потратила много энергии, разогнала сознание, а теперь перед полетом, когда нужно было погрузить себя в долгий анабиоз, чувства не только не притупились, они едва-едва достигли показателей нормы. Так не долго было полностью лишиться механического тела, разрядив аккумулятор до нуля. Однако время еще было, и проведя его в спокойствии и одиночестве получилось привести ум в необходимое состояние. Последнее, о чем думала Лара, запустив капсулу в полет и уже отключаясь, было совершенство новой оболочки и её превосходство над всеми предыдущими.
Еще вчера, сражаясь со смертью, девушка обрабатывала терабайты информации со всего корабля, пытаясь отследить каждого потенциального зараженного и обезопасить еще не пострадавшие отсеки судна. А сегодня эпидемия была только воспоминанием. Все заболевшие были изолированы в своих жилых отсеках и погружены в реабилитационные капсулы, никто из них больше никого не заразит, возможно кто-то даже протянет достаточно долго, чтобы получить лекарство.
На то, что выживут все, не рассчитывали. В подобных ситуациях, если удалось спасти больше шестидесяти процентов – работа была выполнена хорошо. По скромным прогнозам, выходило, что будет около восьми тысяч пятидесяти четырёх выживших, то есть семьдесят один процент.
«Хорошо» – решила для себе Лара, хоть в голове так и зудела мысль о том, что профинансируй Совет исследования профессора Эшкора вовремя и человеческие потери были бы сведены до нуля. А так величайший учёный своего времени перебивался университетским оборудованием и зарабатывал чтением лекций на кафедре нейробиологии, его подопечную так и вовсе старались не замечать, ведь её способности и потенциал ставили управление в тупик. Это, разумеется, не мешало им прибегать к услугам девушки в критических ситуациях, ведь профессор приблизился к созданию идеального сосуда под цифровой разум, к своей мечте. Годы его кропотливой работы дали такие плоды какие и представить было нельзя. И случившаяся эпидемия только дала еще один отличный шанс доказать полезность научных изысканий для общества.
