— НЕТ! — снова выкрикнул он, вырываясь из рук крепко сжимавшего его Артура. Мистер Уизли с трудом стоял на ногах, сковывая движения Гарри, пока тот дёргался, пытаясь расцепить хватку. — НЕТ!
Иногда наши кошмары врываются в реальную жизнь — сжимают горло и растекаются раскалённым воском по коже. Иногда наши кошмары вовсе не сны, а суровая реальность. Они проникают сначала в сознание, а затем окатывают тебя лавиной, превращая жизнь в круговорот ужаса и боли, вырываться из которого, кажется, невозможно.
— Где Рон? Он знает? — тихо спросила Гермиона, желая удержать слёзы, которые норовили вырваться наружу и безостановочно покатиться по щекам. Влажная пелена уже размыла силуэт Невилла перед ней, жжение нарастало в уголках глаз.
— Он нашёл её.
— Мерлин… — проворные слёзы, которые она так сильно пыталась сдержать, хлынули наружу и устремились вниз по её бледному лицу, скапливаясь на подбородке. — Где он?
— Там, — здоровой рукой Невилл указал в сторону. Гермиона проследила за этим жестом и уткнулась взглядом с пыльную рыжую шевелюру.
— Рон! — она сорвалась с места и подлетела к нему, склонившему голову набок. Его взгляд был абсолютно стеклянным, уголки губ опущены вниз, лоб прорезала глубокая морщина, рот слегка подрагивал вместе с подбородком. Она только сейчас заметила, каким бледным и исхудавшим он был. Ещё немного, и невозможно было бы отличить его от Почти Безголового Ника. Обвив руками испачканную шею, она крепко прижалась к его груди щекой и продолжала шептать: — Мне так жаль. Мерлин, мне так жаль!
Гермиона почувствовала слабое прикосновение к своей спине, когда он пальцами дотронулся до её позвоночника, в который, словно винт, вкрутился страх, смешанный с горечью. Спустя секунду он зарылся носом в её растрёпанные кудри, глубоко вдыхая пыль и пепел с её волос. С его губ сорвался всхлип, а тело содрогнулось от волны накатившей истерики.
— Мне так жаль, — повторяла она, пытаясь ещё сильнее прижать Рона к себе, чтобы забрать боль, терзающую его душу. — Мне так жаль.
— Я боялся, что ты погибла, — с трудом выдавил он, вплетая в её сознание свой шёпот.
— Я здесь, я… — Гермиона на секунду отстранилась и положила ладони на его щеки, — я жива.
— Джинни… — он не смог произнести больше ни слова и лишь вновь склонил свою голову ей на плечо, содрогаясь от всхлипов.
Гарри умер. Не от рук Волан-де-Морта. Не от проклятия. Он умер здесь на глазах у всех. Он похоронил свою душу рядом с телом Джинни.
Спустя какое-то время он все ещё сидел рядом с ней, не позволяя никому приближаться, держал руку и гладил тыльной стороной ладони её холодное, застывшее навсегда лицо.
Он потерял так много на этой войне.
Нечто щёлкнуло в сознании Гермионы, когда она, скользнув взглядом по людям, оставшимся в Большом зале, ухватилась за необходимую ей фигуру. Идея казалась абсурдной.
Гермиона отстранилась от Рона, нежно проведя рукой по его впалой щеке, и отошла в сторону. Он аккуратно опустил руку, которой обнимал её, и слабо кивнул ей.
— Профессор МакГонагалл, — сквозь волну окутавшего её озноба, произнесла Гермиона.
— Мисс Грейнджер, я так рада, что с вами всё в порядке.
МакГонагалл выглядела измотанной, и Гермиона понимала, что вряд ли сейчас подходящий момент для вопросов.
— Профессор…
— Да?
— Я могу поговорить с вами… — Гермиона медленно перевела взгляд на профессора Флитвика, сидящего рядом и массирующего свою кисть, — наедине.
— Ох, — коротко вздохнула МакГонагалл, — конечно. Пойдёмте в коридор.
Проходя мимо Невилла, расположившегося рядом с Полумной на одном из огромных обломков, Гермиона наклонилась и подняла его палочку, которая так и осталась валяться недалеко от него. Уголок его рта слегка дёрнулся, и он слабо кивнул в ответ, губами шепнув «спасибо».
— Мисс Грейнджер, чем я могу вам помочь? Что я могу сделать для… мистера Поттера? — она посмотрела на Гарри и тут же опустила глаза, чтобы следом взглянуть на Гермиону.
— Об этом я и хотела поговорить с вами.
Гермиона поджала губы, отводя взгляд куда-то в сторону — на потрескавшиеся стены и пыльные портреты. Родной Хогвартс казался таким чужим и далёким, в груди что-то протяжно заныло. Идея, пришедшая Гермионе в голову, казалась даже ей самым невероятным безумством.
— Всё, что угодно, — МакГонагалл шмыгнула носом, сложив руки впереди и незаметно теребя кольцо на пальце, словно для успокоения.
— Я знаю, что маховики времени уничтожены, — тихо начала Гермиона, закусив нижнюю губу, — но, возможно, один всё же сохра…
— Мисс Грейнджер, ни одного маховика времени не существует на данный момент, — отчеканила МакГонагалл, недовольно фыркнув.
Минерва, кажется, полностью понимала всю абсурдность данной идеи и была категорически против, но что-то в её глазах не давало Гермионе просто так сдаться.
— Я не верю в это, — громко и четко выпалила Гермиона, сузив глаза и уставившись на профессора.