Очнулась уже в полном одиночестве под раскидистой лапой ели. Снег тихо падал крупными хлопьями, похожий на пепел. Я села, осматриваясь по сторонам и осознала, что боль ушла. Кашель больше не душил и дышать стало легче, но рана на животе кровоточила.
— Не двигайся. — тихо прошептала на ухо Санг, появившись из ниоткуда. — За нами наблюдают.
— Кто? — зашептала я.
— Скорее что.
— Куда делась лошадь? — аккуратно шептала я.
— Он подлатал тебя и ушел. Странный какой-то, как будто специально вышел из леса к нам. Я пыталась…
Санг не успела договорить, как существо налетело на нас бесшумно и неожиданно. Я не успела уловить ни малейшего движения. Девушка дернулась, но вскоре затихла в мощных узловатых лапах чудовища.
— Такс-сссс. Какой приятный сюрприз-ссс. — зашипело неизвестное существо, сжимая Санг сильнее и глядя на меня восьмью мелкими глазами, с вертикальными зрачками.
Меня словно парализовало. Нутро кричало и призывало собрать остатки сил для побега, но тихий голос в голове назойливо твердил одно и тоже — «Стоять».
Санг трепеталась в смертельной хватке монстра, словно муха в паутине. Ловко подхватив меня одной из тонких конечностей, мохнатая туша, с понесла нас сквозь лес, ломая деревья как хворост. Вскоре лес отступил, оголяя старый полуразрушенный замок. Потеплело, но легкий мороз щипал кожу, румяня щеки и нос.
Стрелой проскочив покореженный подвесной мост и заваленный мусором и сломанной утварью двор, существо внесло нас в замок. Внутри пахло сыростью и смертью. Мрачную картину дополняли местами потрескавшиеся стены, усеянные паутиной и многовековым слоем пыли. Пройдя широкими коридорами, усыпанными остатками сломанной мебели, рваными тряпками и битой посудой, существо вынесло нас в просторный светлый зал, залитый мягким светом камина.
Монстр небрежно бросил меня на каменный пол и отошел в сторону, довольно захихикав. Санг полетела следом, неудачно приземлившись головой о выступ камина. Дернулась и тут же затихла, не подавая признаков жизни. Я подползла к ней и прислушалась. Дышит.
— Так-так-так. Кто здесь у нас? — раздался кряхтящий голос за моей спиной. — Какая интересная пара — человек и кровосос.
Бесформенная туша, напоминающая целлофановый пакет, наполненный грязной водой и мусором, повел носом и противно засмеялся. Пройдя мимо нас и остановившись у очага, существо постаяло некоторое время у огня, грея полупрозрачные хиленькие ручки и, громко пискнув, разместилось на кушетке. За ним потянулся шлейф невыносимой вони. Мои внутренности сжались в комок и подступили к горлу, но я стойко сдержала порыв. Санг зашевелилась у меня на коленях и открыла глаза.
— Как же вас занесло в мои владения, милые сладкие булочки? Неужели вам не рассказывали о Гибалине, способном поглотить любого, кто вторгнется на его территорию?
— Мы заблудились, о великий… — прохрипела Санг, но голос ее дрогнул и затих. Она попыталась прокашляться.
— Заблудились? — хмыкнул монстр. — Сегодня не ваш день, малышки. Однако чудесный для меня. Наконец-то я испробую плоть кровососа на вкус.
Мерзкий смех Гибалина разнесся по высоким сводам зала и потерялся в складках плотной грязной ткани, венчавшей потолок.
— Прошу… — шептала Санг, — не трогай человека, возьми меня.
— Бесспорно, дорогуша. — мерзко засмеялся монстр. — Тебя я попробую в первую очередь, а человечка оставлю на десерт. Ходят слухи, что человеческое мясо самое сладкое и пикантное во всех мирах.
Он махнул беспалой конечностью в сторону и в зал внесли большой металлический вертел, бережно разместили над огнем камина, предварительно сняв острый металлический прут. Санг попыталась вырубить одного из охранников, но силы быстро покинули ее, и она осела на пол. В считаные секунды охрана прикрепила ее к вертелу, прошив насквозь руки и ноги. Она не сопротивлялась и даже не вскрикнула.
— Пожалуйста, отпусти ее! — закричала я, хватая Гибалина за мерзкую конечность, та противно скрипнула и затряслась мелкой дрожью.
Чудовище с отвращением одернуло руку и подав знак охране, мерзко засмеялось. Санг быстрым движением подвесили над открытым огнем. Когда пламя лизнуло ее красивую карамельную кожу и по залу разнесся тошнотворный запах жареного мяса, она закричала. Громко, пронзительно.
Я умоляла мерзкое существо прекратить, кричала, захлебываясь слезами, но оно ухмылялось и с наслаждением смотрело на извивающуюся в агонии девушку. Санг резко замолчала. В полной тишине я могла слышать, как трещат ее волосы, сгорая в беспощадном пламени. Меня вырвало. Слезы застилали глаза и мешали дышать. Я думала, еще минута и сойду с ума.
— А ты, как всегда, развлекаешься, мерзкий мешок дерьма и гнили. — в сознание ворвался низкий мужской голос, с хрипотцой и властными нотками.
