Кристиан прикрыл на короткие мгновенья глаза и склонил голову набок к моей руке.
– Я думала, что ты погиб на том острове…
– Поэтому и пришла сюда с ним?
– Не могу объяснить, Кристиан, – не стала ему врать, – я не смогла бы его убить. Не после всего, что было… Но и простить не смогла бы, если бы вы не выбрались. Всё несколько усложнилось… Я просто рада, что ты жив и стоишь сейчас передо мной.
Мой голос настолько тихий, что удивительно, как он меня только слышит.
– То, что я там делал с тобой, – он нервно сглотнул, подбирая слова, – этого себе никогда не прощу.
– Ты в этом не виноват. Помнишь, что я тебе тогда говорила? Что прощаю тебя, Кристиан. Это делал не ты, а те, кто контролировал и отдавал приказы.
– Но моими руками.
Он опустил глаза, в очередной раз избегая зрительного контакта, поэтому мне пришлось взять его за руку и положить её себе на грудь, где с бешеной скоростью бьется сердце.
– Чувствуешь? Оно бьется по той причине, что ты неоднократно спасал меня. Оно так колотится, потому что именно ты, Кристиан, заставляешь меня испытывать прекрасные чувства.
Я привстала на носочки и поцеловала его, вспоминая, какие его губы на вкус. В живот вернулись бабочки, которые запорхали с удвоенной силой.
Он отвечает на мой поцелуй и кладет свободную руку мне на поясницу, притягивая к себе.
Когда мы целовались с ним в предыдущий раз? Когда встретились после того, как Пит убил Мэйсона, а нам с Одри удалось уйти. Это было так давно…
Я отстраняюсь и слегка, но радостно улыбаюсь, испытывая эйфорию.
Кристиан целует меня еще раз. Сначала в губы, после переходит к шее. Появляется трепет в животе и бешенные удары сердца настолько громкие, что мне кажется их слишком слышно.
Я обхватываю шею Кристиана руками и тоже чувствую, как бьется его сердце.
Мысли вышибает из головы, всё, о чем я переживала, теперь кажется неважным.
Дыхание перехватывает, когда его руки начинают блуждать по моему телу. Он осторожно касается меня, проводит вдоль позвоночника, вызывая мурашки, опускает руки ниже и… в этот момент в моей голове что-то щелкает. Воспоминания врезаются в сознание, и я уже нахожусь не в кабинете с Кристианом, а у правительства в плену. Кристиан тоже касался меня там, но лишь для того, чтобы держать, дабы я не дергалась. Это так резко констатирует с тем, что происходит сейчас и через мгновенья у меня складывается ощущение, что мужчина сделает мне больно.
Я дергаюсь от этого, слегка отстраняясь.
Дыхание прерывистое.
Мой взгляд касается его, в котором читаю непонимание. Мне удается выдавить из себя улыбку и прошептать:
– Не будем торопиться.
– Хорошо, – он тянет ко мне руку, проводя по прядке волос, чтобы убрать её за ухо.
Внутри меня бьет дрожь, потому что я не понимаю, что это такое было. Мне страшно. Но снаружи я сохраняю спокойствие.
– Пойду найду Мэган, – говорю Кристиану и выхожу из его кабинета. Надеюсь, это не выглядит, как побег.
Снаружи никого не встречаю, поэтому радуюсь, что никто не видит, как у меня начинают дрожать руки.
Я не спускаюсь сразу вниз, решаю найти здесь уборную, чтобы умыться и проветриться. Она ведь должна быть здесь?
Мысленно анализирую произошедшее.
Вероятнее всего, мне просто ещё непривычно, чтобы до меня кто-нибудь дотрагивался, потому что на том острове каждое прикосновение ассоциировалось с болью. Нужно к этому привыкнуть, и всё пройдет.
Я дохожу до самого конца, видя несколько дверей по сторонам и открываю их поочередно.
Последняя открывается ровно в тот момент, когда я касаюсь дверной ручки, и меня уже во всю колотит.
Там появляется Картер. Отлично. Из всех это самый наихудший расклад того, кто мог мне встретиться. Позади него я замечаю несколько раковин и понимаю, что не ошиблась.
Мужчине требуется всего пара секунд, чтобы оценить моё состояние.
– Кто? – лишь спрашивает он, когда я пытаюсь обойти его, но это сделать не так просто, потому что Картер занимает всё дверное пространство.
– Изъясняйся более понятно, – ухожу от его ответа, делая вид, что не понимаю.
– Ты меня поняла, – я вновь попыталась его обойти, но была остановлена, так как он перехватил меня за руку. – Это он?
– Отпусти меня, Картер, – я дернулась, пытаясь вырвать свою руку из его, но никакого успеха это не принесло. – Я сказала, отпусти меня.
Бесполезно. Он так и продолжил держать меня, мы только поменялись местами так, что я оказалась спиной повернута к уборной.
Кожа в том месте, где он меня держит начала покалывать, а после и будто бы гореть. Но боли никакой не принесло.
– Отпусти, я сказала! – крикнула и попыталась оттолкнуть, не решив использовать телекинез. Но он, как скала, не сдвинулся с места.
Я начала бить его по груди, чувствуя, что мне не хватает дыхания. Мои легкие будто упаковали в вакуум, теперь они не в силах расшириться и принять воздух. Как трудно дышать…
Картер зашел вместе со мной в уборную, закрыв за собой дверь ногой и прислонил меня к стене, нависнув сверху.
– Что он сделал?
Я не ответила, продолжая дрожать и смотреть в его глаза.
