— Нам нужно спать по очереди. — Потом он повысил голос, чтобы Паула тоже его услышала: — Я полечу в Нью-Йорк из Чикаго. Стало слишком жарко, чтобы ехать до Сакраменто. Паула, ты останешься с командой и проследишь за тем, как они устроятся в Чикаго. О времени встречи на явочной квартире договоримся позже.
Джейн ждала, что Паула сейчас опять заверещит, но она вела себя необычайно тихо.
— Горе? — спросил Эндрю. — Все нормально?
Джейн кивнула, но он видел, что она врет.
— Все хорошо, — повторила она, хотя не могла сдержать дрожь в голосе.
— Иди посиди с Пенни, — велел Ник Эндрю. — Не давай ей заснуть. Мы с Джейн поспим, а потом поменяемся.
Джейн хотела сказать ему, что Эндрю должен отдохнуть первым, но у нее совсем не было сил, к тому же Эндрю уже поднимался на колени.
Она наблюдала, как ее брат с трудом ползет по полу фургона, чтобы сесть рядом с Паулой. Джейн слышала стон, который вырвался из его рта, когда он потянулся к кнопке на радио. Тихо забухтела новостная радиостанция. Им стоило бы остановиться на ней, но Эндрю крутил колесико, пока не нашел станцию со старыми песнями.
Джейн повернулась к Нику:
— Ему нужно к доктору.
— У нас есть проблема посерьезней.
Джейн сразу поняла, о чем он. Дело было не в том, что они отклонились от плана. Просто Ник знал, что Джейн в нем сомневается. Он сказал:
— Я уже говорил тебе: случившееся с Мэйплкрофт было случайностью. — Он понизил голос, чтобы только Джейн могла его слышать: — У меня крышу сорвало, когда я увидел, что она сделала с твоим прекрасным лицом.
Джейн дотронулась до своего носа. И только тогда почувствовала боль. Столько всего случилось с этого страшного момента, что она и забыла, как Мэйплкрофт ударила ее.
— Я знаю, что должен был просто схватить ее, или… или еще что-то. Я не знаю, что со мной случилось, дорогая. Я просто был так зол. Но я не потерял контроль над собой. Не полностью. Я пообещал тебе, что этого никогда больше не случится.
Джейн пыталась не думать о ребенке, который рос внутри ее.
— Дорогая, — сказал Ник. — Скажи мне, что все в порядке. Что у нас все в порядке. Пожалуйста, скажи это.
Джейн коротко кивнула. У нее не было сил сказать иначе.
— Любовь моя.
Он поцеловал ее в губы с неожиданной страстью. Когда их языки соприкоснулись, она не почувствовала ничего и все же обняла его, потому что отчаянно хотела почувствовать себя нормально. Они не занимались любовью в Осло даже после трех месяцев разлуки. Они оба слишком нервничали, а потом случилась стрельба, и они слишком боялись сказать или сделать что-либо не то, а потом они вернулись в Сан-Франциско, и он оставил ее одну до сегодняшнего утра. Джейн не хотела его и с утра, но она помнила, что искренне и с восторгом ждала момента
— Ладно, милая. — Он целомудренно поцеловал ее в макушку. — Давай немного поспим.
Джейн позволила ему уложить себя на матрас. Он снова приблизил губы к ее уху, но только чтобы потереться ими о ее кожу. Он обвился вокруг нее всем телом. Его ноги сплелись с ее, обе его руки прижали ее ближе. Подушкой ей служил изгиб его локтя. Но вместо обычного сладкого умиротворения Джейн почувствовала, будто ее в своих щупальцах удерживает осьминог.
Она уставилась в потолок. В голове не осталось никаких мыслей. Она слишком устала. Она снова чувствовала сковывающее оцепенение во всем теле, но не такое, как раньше. Сейчас в нее никто не стрелял, ноющая тревога после допроса Данберри прошла, она не скорбела о Мартине и не боялась, что их всех поймают. Она смотрела в свое будущее и понимала, что никогда не сможет окончательно выкарабкаться. Даже если план Ника сработает вплоть до мелочей, даже если им удастся сбежать в Швейцарию, Джейн всегда будет жить на пороховой бочке.
Дыхание Ника замедлилось, тело расслабилось. Джейн хотела выбраться из его хватки, но у нее уже не было никаких сил. Глаза закрывались практически против воли. Она почти на вкус чувствовала каждый удар своего сердца. Она отдалась этому и заснула, как ей казалось, всего на минуту, но на самом деле они оба проснулись, только когда Паула остановилась на заправке у самой границы Невады.
Они были единственными клиентами. Продавец, сидящий внутри, едва оторвал взгляд от телевизора, когда они всей толпой вылезли из фургона.
— Что-то пожевать? — спросила Паула. Никто не ответил, так что она резко развернулась и пошла на кассу, сунув руки в карманы своего коричневого плаща.
Энди пытался управиться со шлангом. Он прикрыл глаза и привалился к фургону, когда бак начал заполняться.
Ник ни с кем не разговаривал. Он больше не хлопал в ладоши, чтобы взбодрить свой отряд. Он отошел на несколько метров. Сунул руки в задние карманы. Посмотрел на дорогу. Джейн наблюдала, как он сначала поглядел на небо, а потом — на бескрайний бурый пейзаж.
