— А насчёт трансплантационной хирургии, где я заявляю, что она мне отдала сердце, — мы хотели вас ещё больше запутать, чтобы вы поверили, что я слетевшая с катушек и вконец поехавшая, — призналась Ольга.
— На самом деле нас воспитывала одна мама, отец бросил семью, когда мы ещё были детьми, — рассказала Юлия.
Владимир Субботин вырывался со своего стула, и по глазам было видно, что он хотел их убить и разодрать на куски. Они же помешали его бизнесу. На лице Владимира Коноплёва читалось, что он хотел выпустить им кишки и привязать к этому крюку, который слегка покачивался в пяти метрах от него. Во взгляде Ивана Кононенко была тревога, он испуганно смотрел на них, зрачки его были расширены, страх точно вцепился невидимой хваткой в его мозг. Его лицо вспотело, и сердце стучало так, что он слышал толчки в ушах и горле.
— Уху-уху, — мычала что-то Галина.
— Я думаю, женщина просит последнее слово, — предположила Ольга.
— Согласна, нужно предоставить ей такую возможность, — добавила Юлия.
Она подошла и резко сняла скотч со рта Галины. Женщину пронзила боль, точно лезвием полоснули по губам.
— Освободите меня! — закричала она. — Я готова понести наказание, хоть пожизненно сесть в тюрьму.
— Смотри, как она цепляется за жизнь! — окрысилась Ольга. — А когда ты людей убивала и карманы грязными, кровавыми деньгами набивала, ты не думала о последствиях и тебе было плевать, какие они перенесли страдания!
— Да, сколько боли и мучений, — добавила Юлия.
— Я не хочу умирать, я готова понести уголовное наказание, добровольно отправиться за решётку! — молила Галина о пощаде.
Ольга и Юлия засмеялись во весь голос.
— У нас нет судьи, присяжных, за твои злодеяния ты должна понести наказание — смерть, и я твой палач! — заявила Ольга.
Юлия снова забралась на кран и при помощи пульта начала поднимать себя наверх. На крыше она направила механизм трубки на голову Галины. Затем схватила другой пульт и, нажав на него, дала подачу бетона. Бетон повалил, точно под высоким давлением вода из-под крана.
— Нет. Не… — последнее, что удалось выкрикнуть Галине, но бетон заглушил её вопль, её крик утонул.
Затем Юля перевела трубку на Ивана, и не прошло и двух минут, как его полностью залило бетоном, затем залило Субботина и Коноплёва. Юлия спустилась вниз, схватила за руку Ольгу, и они отправились с этого заброшенного завода.