– А ведь бабушка права, – негромко произнесла новая подружка Давида. – Я сама видела привидение в метро. Причём среди бела дня!
– Интересно, – откликнулся парень. – Такие же покойнички, как этот, приглашали тебя на дискотеку?
– Да нет, я, правда, видела! – воскликнула девушка.
– Так «да», или «нет», или «правда»? – поддел девушку Давид. – Ты повторяешься, подруга.
– Да ну тебя, – отмахнулась та. – Лучше скажи, что ты мне не веришь.
– Почему не верю, – пошёл Давид на попятную. – После сегодняшнего видения во всякое верить будешь. Тем более, дежурная так и лежит на лавке, будто каменная статуя. Так что же с тобой случилось?
– Я живу на Первомайской. Так вот. Это произошло 14 мая 1999 года в метро на отрезке пути между станциями «Измайловский парк» и «Первомайская». В этом месте поезд проходит по наземной части с выходом на опушку Измайловского леса. Я вечером села в поезд и поехала в гости к подружке. Когда поезд вынырнул из туннеля, я случайно взглянула на часы, вот почему всё так подробно помню. В седьмом часу вечера мы выехали из подземного тоннеля и стали приближаться к «Измайловской». Неожиданно свет за окнами померк, вагон содрогнулся, как от подземного толчка. Я вцепилась в поручень, но вдруг тьма исчезла, за окнами снова засветило солнце. Когда я взглянула в сторону леса, то не поверила своим глазам – вместо привычной картины с гуляющими по парку людьми я увидела лошадей с несущимися на них всадниками. Люди были одеты в гимнастерки и шинели времен Гражданской войны. Лица перекошены от напряжения, земля перепахана от разрывов снарядов. Кругом невообразимый грохот, отдельные выстрелы перемежались с пулеметными очередями… Пассажиры в вагоне окаменели от изумления. То есть, всё это видела не только я одна.
«Наверное, кино снимают», – предположил кто-то. Тут дикторский голос объявил: «Осторожно, двери закрываются. Следующая станция „Первомайская“». Люди уже начали отворачиваться от окон, как вдруг в одно из них, как раз напротив меня, со страшным ржанием ввалился гнедой жеребец с подкошенными передними ногами. Клянусь, я чувствовала его горячее дыхание, видела пену, валившую изо рта. Меня обуял ужас, всего лишь какие-то сантиметры отделяли от обезумевшего животного. В последний миг конь, уже почти доставший копытами до моей груди, вдруг начал таять на глазах и исчез. Пассажиры, ставшие свидетелями происшествия, долго не могли прийти в себя и громко обсуждали увиденное. Сойдя на нужной остановке, я машинально сверила часы с электронными, висящими на всех станциях метро. Мои часы отстали на пятьдесят минут…
– М-да, – промычал Давид. – А этот случай действительно видели многие?
– Конечно, – кивнула головой девушка. – Одна тётка даже спросила: не поранил ли меня конь копытами?
– Послушай, выходит, ты уже второй раз знакомишься с инфернальным миром? – уточнил Давид.
– Выходит так, – согласилась девушка. – Я в гости к привидениям не прошусь, это они сами просятся. Но случай в Измайловском парке подтолкнул меня к знакомству с московскими диггерами.
– Вот как? И что, познакомилась?
– Легко, – улыбнулась девушка. – Я нашла их в Интернете и рассказала свою историю, а они поделились со мной тем, с чем сталкивались сами. Оказывается в московской подземке много интересного, захватывающего ум и даже ужасного.
– Например?
– Ты спрашиваешь так, как будто бы только что сам не видел путевого обходчика, – укорила девушка собеседника. – Странно как-то.
– Да нет, наверное, – принялся оправдываться Давид. – Просто интересно.
– Так «да», «нет» или «наверное» интересно, – поддела его девушка.
– Тебе палец в рот не клади – руку откусишь.
– Просто в следующий раз подумай, прежде чем над девушкой издеваться, – отрезала собеседница. – А если действительно интересно, всё, что знаю, я тебе чуть позже расскажу.
Девушка прервала разговор потому, что за это время присутствующий в их команде офицер успел подняться наверх и привёл с собой двух милиционеров-полицейских. Собственно, это были известные всему миру «менты», только форму им ещё никто не менял, а официально их теперь, наверное, надо было называть «понтами». Правительство нынешней России провело архиважнейшую операцию смены вывески в проворовавшейся организации, дескать, новые «понты» закона нарушать не будут, потому что работают уже под другой вывеской.
Спустившийся в метро лейтенант и сопровождающий его сержант ничего путного сделать не могли, лишь попросили троих молодых парней помочь им отнести окаменевшую дежурную в оперчасть. Военный увязался следом. На платформе остались только старушка и Давид с девушкой.
И вдруг черноту туннеля прорезал свет надвигающегося из шахты подходящего поезда. Оказывается последний поезд всё-таки пришёл! Поезд был обычным, редкие пассажиры в нём тоже не вызывали никакого подозрения. Когда открылись двери, трое пассажиров, дожидавшихся на платформе этой «последней лошади», с опаской вошли в вагон. Ничего необыкновенного не произошло. Лишь бабушка ещё раз подошла к Давиду и подняла на него старческие, но удивительно пронзительные глаза:
