На следующее утро разведчики доложили, что к нам движется обещанное подкрепление. Каково же было удивление командиров еще трёх отрядов наёмников, когда они узнали о том, что Орки уже разбиты и оставшиеся в живых три сотни в спешке сбежали. Они вначале даже не поверили словам Белинды, но после показанных им трупов за нашим лагерем и в бывшем лагере орков, удивлёно кивая головами, они слушали рассказ Белинды. В то, что её отряд в пятьсот мечей разбил отряд орков в две тысячи ятаганов, верилось им с трудом. Когда же они узнали о всего десяти легко раненных, они стали требовать от Белинды, чтобы она перестала их обманывать, и рассказала, кто ещё из отрядов помог ей в битве. Та махнула в ответ рукой, устав их убеждать, и отдала приказ сворачивать лагерь и выступать назад. Всю дорогу назад я чувствовал на себе взгляды солдат из других отрядов, так как солдаты нашего отряда, подробно рассказали всё другим, причём часто преувеличивая количество убитых мной орков.
На следующий день, как мы прибыли в свой лагерь, куда бы я ни пошёл мне все уступали дорогу, слух об ужасном маге-вампире разошелся уже по всему лагерю, и количество убитых мной лично орков приближалось к пяти тысячам.
Вечером этого же дня нас собрала капитан, и рассказала, что её подозрения сбылись, и король не выплатит нам денег за прошлый месяц. Сославшись на временные трудности, он сказал, что денег для всех наёмников предположительно не будет в течение трёх месяцев, после этого срока он всё заплатит, и даже выдаст премию за ожидание. Многие командиры были против, но всё же решили подождать три месяца, правда, сведя при этом к минимуму деятельность по охране границ. Она также сказала, что если кто-то против из солдат такого решения, то он может разорвать контракт с отрядом и, заплатив штраф в двадцать золотых его покинуть. Двадцать золотых, это было жалование обычного солдата за четыре месяца службы, поэтому желающих покинуть отряд не нашлось. После того, как закончился сбор, капитан подошла ко мне и сказала, что я задолжал ей обещанный ужин, который состоится сегодня вечером в её шатре. Я кивнул, вспомним также о своих намерениях, расспросить её поподробнее о королевстве эльфов, а особенно об Алондруине.
Вечером капитан меня снова удивила, одевшись в другой брючный костюм светло-зелёного цвета, который прекрасно оттенял её глаза такого же цвета, я даже раньше и не замечал, что они у Белинды такого необычного светло-зелёного цвета.
— Я, почему-то думал, что у вас только один костюм, капитан, — сказал я ей, когда уже сидя за неплохо накрытым столом увидел её. — И то ваша боевая броня.
— Обо мне вообще мало кто знает, Каин, — улыбнувшись, сказала мне она, присаживаясь за стол.
Я разлил вино по стаканам, и взял себе немного мяса, есть не очень хотелось, я больше надеялся на информацию.
— Продолжим нашу игру в честные ответы? — предложила она мне.
Я кивнул.
— Сколько тебе лет, Каин? Я вижу по твоей коже и глазам, что не меньше ста, но после разговоров с тобой у меня ощущение, что разговариваю с подростком — спросила она меня.
Медленно, но я покраснел, она, увидев это, весело засмеялась. «Неужели я в разговорах выгляжу как подросток для собеседников?», — удивлённо подумал я, раздумывая над её словами. «Меньше разговаривать, что ли надо? Да и так вроде бы ни с кем кроме неё не общаюсь».
— Ну, так как? Я уверена, что угадала, просто хочется узнать от тебя, твой возраст, — по-прежнему улыбаясь, подтолкнула она меня к ответу.
— Двадцать восемь, — нехотя признался я ей.
Она ахнула, удивлённо смотря на меня:
— Ого, значит, ты ещё не прошёл первое Посвящение? Я думала ты намного старше, ну пятьдесят лет это минимум, а оказывается ты по вампирским меркам практически ребёнок. Я сделал себе пометку, откуда она так хорошо разбирается в возрастах вампиров, хотя её комментарии меня задели.
— Посвящение я прошёл, — буркнул я, и чтобы отвлечь себя, набросился на еду.
— Насколько я знаю, обычно первое Посвящение не проходят досрочно — спросила она меня.
— Это ваш второй вопрос капитан? — ответил я.
— Давай договоримся, когда мы одни, называй меня Белинда, — попросила она меня. — Хорошо, это мой второй вопрос.
— Первое досрочное Посвящение бывает, но чтобы в кандидатах не возникло мысли о том, чтобы его можно было сдать досрочно, его обычно делают невыполнимым, — сказал я.
Она заинтересованно на меня посмотрела:
— И сколько всего вампиров сдаёт в год досрочно Посвящение?
Я улыбнулся:
— Третий? Она кивнула мне.
— За год нисколько, количество вампиров сдавших досрочно первое посвящение обычно можно пересчитать по пальцам рук и ног за всю историю Рода, — ответил я.
— И какой ты по счёту интересно? — ещё более заинтересованно спросила она меня.
— Четвёртый? — я посмотрел на неё. Она кивнула.
— Одиннадцатый, — назвал я цифру со своего бывшего клана, всё же я прошёл его досрочно. Тем более, что сколько было досрочно Посвященных у Рода Носферату, я не знал, и даже не интересовался у Учителя, хотя он упоминал, что во время войны делали досрочное Посвящение.
