Я был доволен тем, что решил помочь каравану. Всего несколько минут боя – и теперь я мог спокойно ехать, бесплатно есть и пить, а не тащиться пешком, поедая птиц и грызунов. Караванщики вскоре успокоились, видя, что я ем обычную пищу и никто из них не умер от потери крови.
От тряской дороги я начал засыпать, как вдруг позади, на самой границе зоны видимости, появилось множество аур людей верхом на лошадях.
«Надо бы проверить, кто это», – решил я, спрыгнул с повозки и сказал погонщику:
– Я отлучусь ненадолго. Потом догоню.
Отойдя в лес, я принял боевую форму и понесся навстречу неизвестным. Вскоре я увидел на дороге группу вооруженных людей. Они ехали, вглядываясь в наши следы.
«Скорее всего, по нашу душу, – понял я. – Наверное, собираются мстить за своих».
От отряда нужно было избавляться, и мне в голову пришла отличная мысль, как это можно сделать, не утруждаясь самому. Я решил опробовать еще одну способность, доставшуюся мне от Поглотителя Сознания, – контроль сознаний живых существ. Раньше я тренировался на не вполне разумных существах, пытаясь контролировать одновременно несколько птиц и зверей, – получалось не очень хорошо, но я хотя бы опытным путем определил, что проще всего держать в подчинении несколько существ одного вида. Правда, и в этом случае количество подчиненных сознаний не превышало пяти, сколько бы я ни тренировался.
Так что отряд оказался отличным вариантом для проверки моих умений. Спрятавшись далеко впереди него, но в зоне ментального контроля, я настроился на пять аур ехавших первыми воинов и начал тянуть к ним мысленный жгут. Подключение к аурам этой пятерки много времени не заняло. Присоединив жгуты, я послал по ним копии своего разума. Они, достигнув цели, заменили собой сознания воинов, оттеснив их собственные в дальние уголки мозга. Вслед за этим мое сознание распалось на шесть частей. Теперь я наблюдал за происходящим как своими глазами, так и глазами захваченных жертв. Приказав им повернуть лошадей навстречу своим товарищам и атаковать их, я вскоре обнаружил, что управлять людьми очень трудно, а контролировать бой – еще труднее. Поэтому своих подконтрольных я потерял быстро. Но все же, прежде чем упасть, будучи пронзенными мечами, они успели убить троих своих собратьев. Отряд остановился, и воины принялись о чем‑то ожесточенно спорить. Тем временем я проложил каналы к другим солдатам и также приказал им атаковать ближайших товарищей.
Пока они дрались с не соображающими, что происходит, соратниками, я решил попробовать другой метод:
«А что, если я буду просто прокладывать жгуты к другим аурам, но не задействую их до того, как уже имеющиеся марионетки не будут убиты? А после их гибели сразу переключусь на других, и так далее?»
Пока отряд отражал атаку второй пятерки, я успел прикрепить жгуты ко всем оставшимся.
«Ну что ж, приступим!»
Я вновь взялся за дело и активировал контроль на новых солдатах, как только кого‑то из моих убивали.
Мои эксперименты продолжались недолго. Когда пол‑отряда перерезали друг друга, оставшиеся солдаты перестали слушать своего вожака и, пришпорив лошадей, кинулись наутек. Вычленив из общего количества жгутов тот, который был прикреплен к главарю, я захватил его сознание и послал в погоню за убегающими. Ему удалось зарубить двоих, прежде чем выпущенные арбалетные болты не погасили жизнь моей марионетки.
Я успел активировать еще пять жгутов, а потом остатки отряда покинули зону моего контроля – жгуты, лопаясь на границе зоны, возвращались ко мне.
«Отличная тренировка, – радостно потирая руки, подумал я, поднимаясь с земли. – Нужно будет почаще тренироваться в захвате сознаний, очень полезное умение».
Выйдя из боевой формы, я подошел к убитым и выпил их всех – им было все равно, а мне следовало восполнить потраченную энергию. На манипуляцию сознанием людей ее ушло просто невероятное количество.
Также пришлось потратить время на избавление от трупов. Ведь если колотые и резаные раны можно было объяснить, то обескровленные люди дали бы пищу для ненужных размышлений. Напоследок я опустошил карманы убитых и, позвякивая кошельком, полным золотых и серебряных монет, отправился к каравану. Проигнорировал взгляды охранников, улегся на свое место и уснул. А перед этим захватил сознание полевой мыши, которую расположил возле себя как сигнальный колокольчик.
На следующий день я проснулся прекрасно выспавшимся и полным сил. Отпустив мышь, я направился к купцу. Присоединившись к его завтраку, я рассказал о своих вчерашних приключениях, без упоминания методов, с помощью которых были уничтожены преследователи.
Побледневший купец, дрожа и заикаясь, поблагодарил меня. Я попросил его никому об этом происшествии не рассказывать. Торговец истово закивал и заверил меня в том, что от него об этом не узнает ни одна живая душа.
