А Рейджен не видел больше ничего, кроме широко распахнутых, полных боли и страха, серых глаз. Он сделал шаг к Анне и едва не застонал, заметив в ее глазах облегчение. В своем стремлении отомстить, он почти забыл о ней. Выбросил из головы, что ей больно, она напугана, обнажена и сходит с ума от ужаса. Злость и раздражение снова захлестнули бывшего Призрака — если бы мог, он разорвал бы виконта на тысячи кусочков и искупался бы в его крови, но… это можно сделать и позже. В первую очередь стоит позаботиться о девушке.
— Ты же понимаешь… — задыхаясь, сплевывая кровь и зубы, прошипел ШиАрхар. Он не мог сдаться так просто. — П-понимаешь… что для тебя эт-то конец… кто ты и кто я… я тебя уничтожу… плебейское отродье…
Рейджен медленно обернулся, окинул внимательным взглядом поверженного противника. Желание уничтожить тварь, что валялась у его ног стало почти невыносимым, но останавливало то, что Анна все это увидит. Нет, не так он желает расправиться с ШиАрхаром. Не на глазах у девушки, которая уже вся дрожит от страха. Улыбаясь, Рейджен склонился над виконтом, и едва слышно произнес несколько слов. Так тихо, что слышать его мог только ШиАрхар. А затем выпрямился и с удовольствием наблюдал за тем, как увеличивается от страха непострадавший глаз виконта — второй заплыл в результате удара, — как бледнеет его опухшее лицо, как дрожат губы.
— Т-ты…
— Я предупредил, — ледяным голосом произнес Рейджен. — Убирайся отсюда. Исчезни навсегда. Потому что, в следующий раз, когда я тебя увижу… — снова улыбнулся и качнул головой. Продолжать не стоило, виконт и так все понял правильно.
Рейдж приблизился к Анне.
— Сейчас, — прошептал он. В руке блеснуло лезвие стилета — а ведь за все время драки, Рейджен даже не вспомнил об оружии, так хотелось расправиться с ШиАрхаром голыми руками.
Путы были перерезаны, кляп убран. Держаться на ногах Анна не могла, а прикоснуться к ней было страшно. Крови не было — ШиАрхар бил умело, не рассекая кожу, но спина, бедра и ягодицы были испещрены багровыми рубцами, горячими по сравнению с ледяной кожей.
— Все будет хорошо, вот увидишь.
Девушка лишь сдавлено всхлипнула.
— Подожди немного, — Рейджен осторожно опустил ее на живот, чтобы не затронуть пострадавшую спину. Затем наклонился и собрал с пола остатки ее одежды — оставлять в руках ШиАрхара подобный компромат было бы неразумно — и только после того, как убедился, что в комнате не осталось никаких свидетельств пребывания Анны, очень осторожно подхватил ее на руки. Она прижималась к нему всем телом, спрятала лицо у него на груди и тихонько завыла, вцепившись в мертвой хваткой в его рубашку. Казалось, ничто в этом мире не способно разжать ее пальцы.
Рейджен аккуратно уложил постанывавшую девушку на кровать в ее спальне. Попытался было отойти, чтобы отыскать свечи, но не тут-то было. Анна вцепилась в него изо всех сил.
— Нет! Нет-нет, — она затрясла головой, — не уходите! Не оставляйте меня. Нет! — давясь всхлипами, она не могла говорить. Во рту пересохло, и язык ворочался с трудом, но руки девушка не разжимала.
— Все будет хорошо, — мужчина опустился на пол у кровати и осторожно сжал тонкие пальчики, клещами сомкнувшиеся на его запястьях. — Я никуда не уйду. Я буду с тобой. Все хорошо.
— Нет, — еще сильнее затрясла головой Анна. — Он вернется. И все снова начнется. Нет, не уходите, — перед страхом снова оказаться во власти отвратительного виконта потускнела даже боль, испытываемая от каждого движения. Анна не желала отпускать от себя своего спасителя.
— Хорошая моя, — Рейджен с трудом мог говорить. Он из последних сил сдерживался, чтобы не рвануть обратно и не снести голову ШиАрхару. И только полные слез серые глаза, да тонкие пальцы, ледяными клещами впивающиеся в его запястья останавливали от необдуманных поступков. — Он больше не тронет тебя. Никто больше не посмеет к тебе прикоснуться. Никто и никогда.
Рейджен опустил голову и прикоснулся лбом к обнаженному плечу девушки, едва не вскрикнув от того, насколько ледяной оказалась ее кожа. Плечи и верхняя часть спины не пострадали, а вот все, что было ниже поясницы и выше колен наливалось цветом. Надо было срочно что-то делать, как-то помочь, снять боль, накрыть ее, в конце концов, пока девушка окончательно не окоченела.
Но Рейджен не двигался, он перехватил пальцы Анны и держал их в своих ладонях, согревая, прижимался лбом к ее плечу и сжимал зубы с такой силой, что еще немного и они точно раскрошились бы в порошок.
Впервые в жизни шесс Рейджен Лорне пожалел, что он не маг.
Анна попыталась приподняться и с тихим, полным боли стоном рухнула обратно — каждая клеточка в теле отозвалась на это неловкое движение.
— Сейчас, — Рейджен решительно поднялся и, стараясь не обращать внимания на мольбы Анны не покидать ее, отошел к окну, где на кушетке по-прежнему лежал позабытый плед.
Вернулся к кровати и осторожно укрыл девушку до самой шеи.
— Лежи так, не двигайся. Я зажгу свечи.