— Какая? — спросил Янос.
— Если рядом нет врагов, что будет с Синано? Я помню, что с ней происходило, когда она узнала о времени, проведенном в комплексе. Синано, ты тогда чуть сама себя не угробила, не имея возможности выплеснуть все, что в тебе скопилось.
— …помню. Я…металась по системе, не зная, куда себя деть. Я не знала, что мне делать. Я просто хотела найти тех, кто меня замуровал в корабль …и убить.
— О как. Это, кхм, не очень хорошо. Синано, мой Вам совет. Старайтесь подавлять эти эмоции в себе и не давайте им брать над собой верх. Это может негативно сказаться на Вас. Я, конечно, согласен, что таких людей надо изничтожать. И я ненавижу сам себя из-за того, что являюсь наследником такого человека. Но, эм, делайте это спокойно, будто это ваша работа. — улыбнулся Янос.
Мда, «хороший» совет от хорошего человека, сказал бы я…
— Постараюсь. Спасибо тебе за то, что рассказал столько. Мне как-то легче стало. — поблагодарила Синано.
— Не благодарите. Благодарить должен я, что у меня есть возможность поговорить с таким человеком, как вы. К слову, мы ведь не договорили… — продолжил Янос. — То, что Вы только часть корабля, но им не являйтесь. Между вами, Синано, и машинами, управляемыми искусственным интеллектом огромная пропасть.
— И в чем же она заключается?
— В этих самых эмоциях. В мышлении и осмыслении ситуации. Креативность, хитрость, импровизация, чувство страха. Все это недоступно искусственному интеллекту, но доступно Вам. За счет этого Вы можете выбраться из многих ситуаций, в которых искусственный интеллект был бы уничтожен. Страх помогает понимать, куда не следует идти, что не следует делать, и на кого не следует нападать. У искусственного интеллекта этого нет. Страха… инстинкта самосохранения. Да, есть самообучение, но все это строится на алгоритмах, которые образовались в течении его обучения. У искусственного интеллекта есть система самозащиты, однако если ее выключить, он будет нападать, не жалея себя, ввиду того, что у него отсутствует этот инстинкт. И в конечном итоге для него всё закончится печально. У вас же защитой являются эмоции и чувства. Также не следует и забывать и о шестом чувстве. Человек способен, эм, предполагать то или иное действие врага, подозрительно относиться к месту, где, предполагаемо, может быть засада. Искусственный интеллект, повторюсь, на это не способен.
— Я вроде бы поняла, что ты имеешь ввиду.
— Какие бы современные системы не создавало человечество, ничего не сравнится с, эм, живой управляющей системой, если можно так сказать.
— Кстати. Синано, как раз на счет импровизации. Вспомни свое решение протаранить имперский крейсер на орбите Галоцерона.
— И правда… — задумчиво протянула Синано. — Я тогда подумала, что так смогу быстро прорваться через окружение.
— И у тебя это получилось. — поддержал я. — Также ты тогда по собственной инициативе отключила щиты, чтобы проверить собственную живучесть и понять свои силы относительно Имперского флота. Ты умница.
— …
— Вы помните что-нибудь о себе? До того, как стали частью линкора.
— Не особо. Все как в тумане. Некоторые воспоминания появлялись, исчезали и забывались. Первое, что я вспомнила, еще до того, как встретила группу Глеба, это фразу «я согласна». Только вот на что я согласилась и когда это было, я не знаю.
— Хм…Воспоминания под сильным эмоциональным впечатлением намного лучше запоминаются, чем обычно. Бывает, человек помнит столько ненужной информации просто потому, что был под впечатлением…радость, счастье … или ненависть. Страхи превращаются в фобии, ненависть к человеку не дает о нем забыть, а приятные воспоминания…казалось бы, зачем человеку помнить тот миг, когда луч солнца пронзил небо и осветил гору, усеянную прекрасными цветами? А мозг запоминает. И помнит многие годы. Эх, что-то меня снова не в ту степь понесло, извините. Так вот. Я согласна, Вы сказали. Но на что Вы согласились? Может, это одни из ваших последних слов перед…этим?
— Хотите сказать, я добровольно согласилась заключить меня в линкор?
— Всё может быть, не стоит этого отрицать. Вам надо искать зацепки. За что можно зацепиться, чтобы вспомнить больше своего прошлого. Вещи, людей, побывать в местах…хотя, не знаю, как все это провернуть в вашем случае. — почесал голову Янос.
— Хех. — усмехнулся я. — Представляю тебя над каким-нибудь городом. Там со страху все передохнут. Страшная красота, убивающая наповал.
— Это оскорбление? — возмутилась Синано.
— Это комплимент. — парировал я.
Повисло неловкое молчание.
— А вы забавные. — вдруг высказался Янос, широко улыбаясь.
— И что же тебя веселит, позволь узнать? — спросила Синано.
— Ваши отношения. Эм, вопрос, конечно, немного странный, но кем вы друг к другу являйтесь? Отношений подчиненности я между вами не заметил.
Я задумался. То, что я только формально был капитаном, ему знать ни к чему. Ни к чему ему информация обо всей этой хрени с допуском к системам и разрешениями на использование систем.
— Мы друзья. — ответил я.
— Что?! — воскликнула Синано.
— Что? — переспросил я.
Янос заржал. Комедия, блин.
