И стали темны окрестные сопки от сонма врагов.И позвал Нуртутэгийн в круг воинов своих,и круг сделался широк.И охватил воинов круг и оленей,и детей малых, и стариков,и яранги, и весь скарб…Всё стойбище охватил круг воинови сокрыл собою.Ближе всех к врагу поставил Нуртутэгийнлучников,и лучники стояли.И зазвенели и запели бубны в стойбище,прося у богов победы.И застучали и загремели бубны врагов,призывая к битве.И началась битва.И потекли враги, как будто сами сопки двинулись,и засыпали луораветлан стрелами.И отвечали стрелами лучники,и сокрыли стрелы солнце,и сделалась на небе, как ночь от стрел,и поразили стрелы многих врагов.Но не убывало врагов,и они поразили многих воинов Нуртутэгийна.И отступили лучникии сокрылись за частоколом из копий,и копьеносцы разили врагов,но не убывало врагов, будто рождали их сопки.И пели бубны в стойбище Нуртутэгийнато радостно, празднуя малый успех,то горестно, отмечая большие потери.Редели ряды луораветлан,но и ряды врагов редели.Многие нашли свой славный конец в этой битвеи с честью ушли по дороге предков.И увидели враги, что стало мало луораветлан,И стало радостно врагам,победный стук своих бубнов слышали они уже.И потекли враги на луораветлан,и окружили,и отбросили копья враги,и достали ножи,и хотели резать ножами…Но взметнулась к небу песня бубновстойбища Нуртутэгийна,и взлетели над врагами луораветлане,и парили над врагами, как на крыльях птицы,и разили врагов, паря над ними.Пролетев же над врагами,встали на ноги за сонмищем ихи разили врагов со спины.И устрашились враги смертным страхом,и возопили зверьим смертным криком,видя, что летают луораветлане,как на крыльях птицы,и разят, летая.И пали ниц враги и разбежались в страхе,и побросали они бубны свои,и оружие своё побросали враги.И луораветлане победу своюнад врагамипомнят вовекии помнят луораветланелетающих воинов своих.Долгое время легенда о летающих чукчах оставалась только легендой. Как же могут люди летать? Но оказалось, что не легенда это вовсе, так всё и было. А взлетали воины, раскачавшись, как на батутах, на длинных копьях, которые держали другие воины.
Тайна изготовления этих копий-батутов предавалась от отца к сыну, и непосвящённому узнать её было невозможно. Эти особые копья-батуты были необычайно дорогими, их нельзя было ни купить, ни обменять ни на какую ценность. Но их можно было… вырастить. Да-да, вырастить. Уходило на это, конечно, немало лет, и делалось это, в общих словах, так.
Найдя в укромном месте молодой побег берёзы, воин слегка закручивал его и фиксировал в таком положении, обвязав кожаными ремешками. Каждый день, подходя к побегу, воин закручивал его ещё немного, и так продолжалось несколько лет. В результате этих усилий вырастало идеально прямое, равномерно скрученное по всей длине, необыкновенно прочное и гибкое деревце. Из этого деревца и изготавливалось упругое копьё, которое подбрасывало раскачавшегося на нём человека так, как подбрасывают современные батуты.
Впрочем, всё это, как говорил поэт, «преданья старины глубокой».
