Иногда так и начинаются странные истории. Крэй депрессивно пялился в окно на мельтешащие в декабрьском ветре колючие снежинки. В руке – стакан чистого джина, культи ног укрыты теплым пледом. Странная штука. Именно в такую погоду ему казалось, что у него мерзнут ноги. Ноги, которых нет уже восемь лет. А еще Крэй думал о снежинках. О том, какие они, сволочи, геометрически правильные, и что ему – Крэю, давненько уже не приходилось разглядывать их у себя на рукавах куртки, а только вот так – за окном. А разве так разглядишь? Всего-то и видны пляшущие в хаосе белые точки. Супермобильное кресло «Тошиба СелфХелпер-12» подмигивало огоньками, впитывая электроэнергию в свои аккумуляторы из настенной розетки. Крэй методично заправлялся джином, ожидая ту самую грань, за которой депрессия отступает или превращается в тягучую, чугунную сонливость. В двадцать два пятнадцать сигнал домофона разрушил обаяние вечера.
– Тут нальют выпить? – Голос хриплый и наглый, как соседская электродрель в восемь утра.
Рекмастер вздохнул и выдернул из розетки шнур зарядки аккумуляторов.
– Поднимайся, Дик.
Кресло с тихим гудением подъехало к панели управления. Крэй последовательно нажал кнопки дистанционного открытия дверей подъезда, потом входной двери.
– Старик, я решил принести эту штуку тебе. Во-первых, ты лучший рекмастер из всех, кого я знаю. А во-вторых, ты единственный рекмастер, кого я знаю. – Дик оглушительно расхохотался и бросил на колени Крэю блестящий металлический футляр.
Рекмастер – это не от слова рекорд (запись). Это от слова рекавери (восстановление). Это единственное, что умел Крэй. Умел по-настоящему. Раздолбанные жесткие диски, утопленные флэшки, изжеванные зубами питбуля дискеты. Он кропотливо – байт за байтом – вытаскивал нужную информацию. Иногда, спасая чью-то жизнь, чаще – карьеру. Платили клиенты хорошо, хватало и на крутое «железо», и на выпивку.
– Что это? – Крэй задумчиво уставился на тусклый титан футляра со скошенными углами. Выглядела вещица по-настоящему дорогой. У Крэя был нюх на такие дела. Возможно, эта штуковина даже сделана на заказ. На одной из граней был обычный трехразрядный цифровой замок. Крэй осторожно покрутил пальцем позолоченные колесики.
– Парни подобрали код минуты за три – 424. Открой. Посмотри.
Крэй набрал код и с тихим щелчком открыл футляр.
– Какого хрена? Это что, подарок такой идиотский?
На черном бархате лежал осколок компакт-диска. Сектор, примерно в одну треть от целого. Края излома были неровными и зазубренными. Кое-где крохотные кусочки поликарбоната так и остались прилипшими к краю излома. Несколько крупиц забились в ворс бархата. Дик, уже со стаканом в руке, прямо-таки заливался от смеха.
– Ты бы видел свою рожу! – Внезапно он стал серьезен. – Сколько эта штука стоит, Крэй?
– Сначала скажи, где ты это взял? – Мало кто мог обратиться с таким вопросом к Дику. Они с Крэем были друзьями детства, и ему многое дозволялось в отношениях с этим опасным типом, которого на улице звали Скользкий Угорь.
Зрачки Дика немного сузились, потом, видимо, приняв решение, он махнул рукой.
– Эта вещь лежала в крутом швейцарском сейфе. Вместе с бриллиантовым колье за двадцать штук, какими-то документами и посеребренным «Смит-энд-Вессоном». Говорят, было еще штук десять наличными. Колье уже летит в Сингапур. Наличные парни превратили в полсотни хороших доз. «Смит-энд-Вессон», я думаю, уже в деле. А футляр я выкупил у них за сотню. Как думаешь, я не переплатил? – Дик выглядел озабоченным.
– Как твои бомбилы могли вскрыть швейцарский сейф?! Они про таблицу умножения не в курсе!
– Работали не мои парни. Просто знакомые. Как вскрыли – не мое дело. Кажется, у одного в этом доме работала подружка. Ты ж сам весь на цифре.
Знаешь, как это делается. Сейчас камеры только что в хозяйственных магазинах не продают. В общем, я думаю, код сейфа не был для них секретом.
– А-а-а… – Крэй замялся. Он не был уверен, что стоит об этом спрашивать. – А кто хозяин дома?
– Хочешь плохо спать?
– Ладно. Я просто так спросил.
– Я не знаю. И не хочу знать! Так что с этим диском?
– Это не диск. Это осколок диска.
– С него можно что-то вытащить?
– Не знаю… Не уверен. Я даже не слышал, чтоб с таких дохлых носителей кто-то что-то вытаскивал. Наверное, делают. Но до меня не доходило. И потом, такие ребята вряд ли одолжат мне свое «железо». Так что провозиться придется пару месяцев.
– Пару месяцев? Так долго?!
– Слушай, Дик. Ты, похоже, не совсем понимаешь проблему. Чтобы считать хоть один байт с этого гребаного осколка, мне придется конструировать специальный привод. Потом разрабатывать контроллер, потом всю эту хрень надо как-то подключить к «маме». И только потом сесть и написать навороченный софт, который всей этой хренотенью будет управлять. И еще не факт, что из этого что-то получится!
– Но ведь на этом диске что-то ценное? Правда? Меня ведь не подводит интуиция? В конце концов, я заплатил за него сто баксов!
Крэй усмехнулся:
