Такси остановилось не на той стороне. Несмотря на усталость, Марк пытался бежать последние сто метров до светофора, чтобы перейти дорогу и попасть в бюро, но уже через несколько шагов у него закололо в боку. Раньше он легко пробегал по десять километров. После несчастного случая его физическая форма была не лучше, чем у ракового больного. И сейчас, после всего произошедшего с ним сегодня, это было неудивительно.
Константин объяснял его слабое состояние не только побочными эффектами иммуноподавляющих медикаментов, которые должны были предотвратить отторжение осколка в затылке. «Это твоя душа, которая без тренировки хочет пробежать марафон», — сказал он, желая уговорить зятя на психологическое лечение.
Марк прижал руку к боку и попытался направить дыхание в точку боли, как его учил брат. Когда они были еще детьми и регулярно спасались бегством от контролеров в метро, задолго до того, как между ними возникла ненависть.
— Я теряю рассудок, — раз за разом повторял он.
В дождь на улице было мало прохожих, и ни продавец газет, ни парочка студентов, ни большое иностранное семейство не удивлялись качающему головой и что-то бормочущему мужчине. Не в Берлине. Не в этом районе.
— Либо я сошел с ума, либо в клинике со мной что-то сделали, — сказал Марк самому себе.
Подходя к светофору, Марк миновал аптеку, решетка которой была уже опущена, но в окне горел свет. Он взглянул на часы. 21:57. «Вечернее дежурство» — светилась табличка в витрине. Впервые за долгое время ему хоть в чем-то повезло.
У него оставалось еще три минуты, чтобы купить медикаменты. Марк позвонил. В следующий момент к нему сзади подошел мужчина с полиэтиленовым пакетом в руке и зажег сигарету. В отражении стеклянной двери Марк разглядел, что у парня текла кровь из носа. Ему было лет восемнадцать, может, меньше. Изображение исчезло, когда стеклянное окошко открылось изнутри и усталый аптекарь молча кивнул. В руке он держал пульт управления, которым переключал телевизионные каналы, пока его не побеспокоили. Марк вытащил пластиковую блистерную упаковку, из которой были уже выдавлены все таблетки, и протянул ее мужчине, которого — согласно бейджу на халате — звали А. Штайнер.
— Аксемносфальт? — недоверчиво прочитал он на обратной стороне, словно Марк требовал героина. — У вас есть рецепт?
Марк помотал головой. Раньше он всегда получал лекарство в больничной аптеке после перевязки.
— Никогда о таком не слышал, — сказал аптекарь и зашаркал в медицинских ортопедических тапочках за прилавок. Марк слышал, как открывались и снова закрывались ящики металлического шкафа.
— И принесите, пожалуйста, заодно аспирин и драже «Вомекс А», — крикнул он вслед аптекарю.
Молодчик за спиной нетерпеливо застонал и выдохнул сигаретный дым ему прямо в затылок.
А. Штайнер оставил поиски и вернулся к окошку с маленьким пакетом с медикаментами.
— Я проверил, такого лекарства у нас нет в наличии. Но если вы придете завтра, я смогу заказать его.
«Проклятье. Я не могу ждать до завтра».
Аптекарь положил пакет с другими лекарствами на полочку в окошке и взял банковскую карточку Марка. Он прихватил с собой платежный терминал, чтобы сэкономить время.
— Нет, передо мной всего один придурок. Я сейчас вернусь, крошка…
Марк повернулся к парню, который разговаривал по телефону с подружкой.
— …и мы продолжим, окей?
«Продолжим? Интересно, что начинается с разбитого носа?»
— У вас есть другая? — услышал он голос аптекаря и наклонился к окошку.
— Зачем?
А. Штайнер показал ему дисплей платежного терминала.
«Карта недействительна».
— Это невозможно, она новехонькая. — Марк дал ему свою карточку «Американ экспресс», но терминал не принимал и ее, и аптекарь начал терять терпение:
— Или оплатите наличными, доктор Лукас. Четырнадцать девяносто пять.
— Или подвиньте свою задницу в сторону и пропустите наконец-то человека с травмой, — раздалось позади него. Но Марк не отреагировал ни на А. Штайнера, ни на сопляка с носовым кровотечением. Потому что в этот момент он увидел в отражении стекла, как на противоположной стороне улицы в одном из заведений погас свет.
Это был «Пляж»! Его бюро.
— Я сейчас вернусь, — сказал Марк и схватил медикаменты с полочки.
— Эй! — возмущенно воскликнул аптекарь.
— Не волнуйтесь, я здесь работаю. Я быстро сбегаю за деньгами, о’кей?
Он не мог долго препираться. Ему нужно было срочно в офис, к своему письменному столу. Там у него было все необходимое, чтобы вернуться в свою жизнь: наличные в запирающемся ящике и телефонные номера в компьютере.
Марк отпихнул парня в сторону и побежал по Карл-Маркс-штрассе, движение на которой, несмотря на позднее время, было таким интенсивным, как на главной улице какого-нибудь маленького городка.
— Эй! — закричал он уже на середине проезжей части. Спортивный автомобиль специально проехал по луже и забрызгал ему джинсы. Но Марк этого даже не заметил, а снова крикнул мужчине, который присел на корточки перед входной дверью в его бюро и собирался повесить замок на опущенные рольставни.
