Мужчина поднял голову. Больше он ничем пошевелить не мог, потому что его руки и ноги были пристегнуты наручниками к металлической раме. Пламя зажигалки отражалось в металлическом бойлере слева от него, и, насколько Марк сумел разглядеть при тусклом свете, на мужчине был костюм и галстук, узел которого съехал до самого подбородка. Определить возраст было сложно. Крупные мужчины часто выглядят старше своих лет.
— Черт возьми, что здесь происходит? — спросил Марк и сделал шаг вперед.
— Воды.
Незнакомец подергал наручники. Его светлые волосы торчали во все стороны, он выглядел, как живая пародия на героя комикса, который только что получил удар током.
— Пожалуйста, принесите мне воды. — На последнем слове его голос сорвался.
— Только после того, как я узнаю, что вы здесь забыли.
До Марка донесся запах мочи, видимо, мужчина наделал в штаны. Либо от страха, либо потому, что его уже давно здесь держали.
Но кто?
На мгновение Марк засомневался, не лучше ли выйти наружу и сообщить Эмме. Но он по-прежнему не знал, может ли ей доверять, и вообще сомневался, сумеет ли она в таком состоянии помочь ему.
— Кто вы? — повторил Марк.
— Я… — Мужчина сделал паузу, чтобы облизать потрескавшуюся губу. — Я здесь, чтобы предостеречь вас.
— От чего?
Привязанный повернул голову и посмотрел в другой угол комнаты, который находился сейчас в темноте. Раньше там стоял гладильный каток для белья.
— От книги, — тихо произнес он.
— Какой еще книги?
Мужчина снова взглянул на него. Неосознанно Марк отступил на шаг.
— Меня зовут Роберт фон Ансельм, — сказал мужчина, и его голос вдруг зазвучал монотонно, словно он рассказывал заученный текст. — Я адвокат вашей жены.
«Чушь!»
— Вы лжете, — сказал Марк так громко, что пламя снова задрожало. — Я всегда сам занимался юридическими вопросами.
— Нет, нет, нет. Вы меня не слушаете. Я был не вашим адвокатом и не адвокатом вашей семьи, а только вашей жены.
Кровать заскрипела, когда мужчина опустил голову на пружины.
«Адвокат Сандры? Почему она позволяла какому-то незнакомцу заниматься ее делами?»
— Она была у меня незадолго до аварии, — послышался шепот мужчины.
— Зачем?
— Чтобы изменить свое завещание.
Изменить? До этого момента Марк даже не знал о его существовании.
— Полагаю, это случилось по настоянию ее отца, — добавил мужчина.
— Я ничего не понимаю. Что она изменила? И какое отношение к этому имеет Константин?
Адвокат снова посмотрел в темный угол справа от него.
— Вы ведь помните о сценарии, который заказали вашей жене?
— Да.
«Мы собирались это праздновать. В день аварии».
— Вы знаете, за какую цену агент Сандры продала его американской киностудии?
— Нет.
— Миллион двести тысяч долларов.
Марк рассмеялся:
— Вы лжете.
— Почему вы так уверены? — закашлялся адвокат.
— За кинодебют столько не платят. К тому же Сандра рассказала бы мне об этом. У нас не было тайн друг от друга.
— Правда? А вы когда-нибудь видели этот сценарий?
— Каким образом? Она погибла, не успев написать ни одного предложения, — ответил Марк.
— Вы уверены?
«Нет. Не уверен. С сегодняшнего дня в моей жизни больше нет правды».
Марк посветил в темноту справа, куда продолжал всматриваться адвокат. Затем обошел вокруг кровати, и в свете зажигалки проступили очертания письменного стола. Он стоял рядом с газовым котлом.
— Я его читал. — За спиной послышалось кряхтенье мужчины. — Поэтому я здесь. Я хотел принести его вам. Предупредить вас.
Марк подошел к письменному столу, которого еще никогда не видел и который здесь внизу выглядел так же странно, как и прикованный к металлической кровати мужчина в костюме. Стол был слишком низким для взрослого человека, с крошечными ящиками с обеих сторон, в которых в лучшем случае поместились бы учебники или школьные тетради. В отверстии, предназначенном для крепления настольной лампы, торчала наполовину сгоревшая свеча.
Марк зажег ее, и свет упал на стопку бумаги, скрепленную дешевым пластиковым скоросшивателем.
— Эй, а что с моей водой? — прохрипел адвокат, который снова оказался в темноте.
Страницы выглядели сырыми, словно какое-то время пролежали в коробке в подвале. Марк стер пыль с верхнего листа и прочитал название.
ОСКОЛОК
— Пожалуйста, освободите меня! — заскулил незнакомец. Но Марк уже не мог ответить. Он перелистнул страницу и начал читать. Уже первые предложения стали для него шоком.
