Основные подъезды к ферме были перекрыты пикетами "Гринписа", которые, как ни парадоксально, проводили ночи у сатанистских костров, угощали парней в черной коже печеной картошкой и рассказами о светлом, экологически чистом будущем в котором место найдется всякому, кто пожертвует на благое дело долю малую из своего бюджета.
В общем, от black balls исходил вызов. И Владимир Владимирович чувствовал, что вызов этот направлен лично ему. Тем более, что овуляционная флуктуация скоро закончилась и куры, косясь боязливо на птичниц с зелеными лицами стали, хотя и осторожно, но нести обычные и милые желудкам широких масс яйца с белой скорлупой.
На все можно с разных сторон посмотреть. Много ли найдется людей в этом лучшем из миров, который вот так, в одночасье оказываются владельцем десяти миллионов black balls?
Нужно было что-то решать. И решать срочно.
Артур Ваганян был посвящен в проблемы птицефермы и понимал, что Вавилову сейчас не до шоу-бизнеса. Придется, в самом деле, самому разбираться с неожиданно вставшим перед ним препятствием.
***
Решать. Легко сказать - решать. В принципе, Артур знал, что решить можно любую проблему. Но всякое решение требует времени, а его у Артура не было. Да и вообще - с какой стати он сам должен торчать у незнакомого подъезда и выслеживать неизвестного ему гопника. И пытаться понять - Леков это или просто гопник. Есть штат, есть куча народу, которым он платит неплохие зарпалты, а народ этот, как и положено ему, по ночам в клубах дорогих развлекается, а днями в офисе кофе пьет и по мобильникам с девками треплется. О том, как ночью в клубе будет развлекаться. Понтярщики. Лентяи и пройдохи. Только других-то нет. Если человек не понтярщик и не пройдоха ему в шоу-бизнесе делать нечего. Сожрут. Или подставят на деньги. Так что, взялся за гуж - не говори уже ничего. Тяни его и радуйся, что работа эта считается престижной и трудной, что она открывает двери очень многих известных домов и раскрывает секретные номера телефонов серьезных людей.
Короче говоря -...
Звонок мобильного телефона прервал размышления Артура о предстоящей операции.
- Але-о, - привычно пропел он в трубку.
- Артурчик! Это я!
Вот, кого только сейчас здесь не хватало. Стадникова. И, судя по голосу, уже с утра на дозе.
- Хочу денежек у тебя взять, солнышко мое. Да, да, я в Москве. Когда смогу увидеть тебя, ангел мой черненький?
- Ты где? - спросил Артур.
- Я на Тверской. Пиво пью. А ты?
- Подъезжай во "Флажолет". Это рядом.
- Да знаю я, господи! Он, что, открыт в это время?
- Для нас с тобой он открыт всегда. Я буду там через пятнадцать минут.
- Целую тебя, ласточка моя, Артурчик. Лечу к тебе на белом вертолете любви.
Артур в задумчивости покрутил "мобильник" в руках. Только Стадниковой сейчас и не хватало. А если она уже в курсе? Если Огурец и ей рассказал про то, как встретил в Москве Лекова? Или, как нынче принято говорить, человека похожего на Лекова.
Да ладно, тут же успокоил он себя. Ольга Стадникова - тетка разумная. Ее нынешнее положение более чем устраивает. Муж - бизнесмен, Боря Гольцман. Наполовину инвалид, сердечник. Так это еще и лучше. Или?
Нет, в любом случае с ней эту ситуацию надо обсудить. Да и Гольцмана в известность поставить - Боря тоже в этом деле завязан.
- Привет, солнышко!
Стадникова вскочила из-за стола - в полутемном зале "Флажолета" кроме нее и полусонного официанта не было никого - вскочила и бросилась к Артуру. Задела бедром за стул, уронила его, официант вздрогнул было, но, заметив, что ничего страшного не произошло, снова впал в обычное утреннее оцепенение, подскочила к Ваганяну и повисла у него не шее.
- Привет, привет, - Артур привычно чмокнул Стадникову в щечку. - А ты все хорошеешь.
- Ну, скажешь тоже. Нам до вас, бояр московских далеко. Это вы тут...
Стадникова посмотрела на официанта и кивнула ему. Тот медленно поплыл к стойке бара.
- Ладно, ладно, не прибедняйся, - через силу улыбнулся Артур. Прекрасно выглядишь.
Он не лицемерил. Ольга, действительно, за последний год сильно изменилась. Хоть и пила так же, как и в старые времена жизни с Лековым, но как-то вытянулась, разрумянилась, похудела, даже, кажется, длинные светлые волосы ее стали гуще.
- Ну, пойдем, Артурчик, пойдем... Ты в это время суток насчет коньячку - как?
- С тобой, - Артур посмотрел на часы. Двенадцать дня. - С тобой всегда.
- Ты за рулем? - Стадникова посмотрела в глаза Артура и улыбнулась. Ваганян заметил, что она вставила себе новые, по виду судя, довольно дорогие зубы.
- За рулем, - ответил он. - Но это не имеет значения.
- Вот, уважаю профессионалов, - сказала Стадникова, неловко плюхнувшись на стул. - Молодец. А в клуб этот, и вправду, меня без вопросов пустили.
- Ну, еще бы. Своим здесь всегда рады. В любое время дня и ночи.
- Слушай, у меня денежки кончились совсем... Борька новую машину взял, вообще, в Питере чего-то неважно все идет... В общем, потратились мы... Как там у тебя дела?
- Деньги есть. Сколько тебе?
- Ну, это надо по бухгалтерии посмотреть...
