— Воистину ауф, — скрывая ухмылку, поддакнул ему чернокожий сержант, кивком головы позвал гостей войти, — Нам сказали, что вас будет восемь человек, — глянув по сторонам и закрыв ворота, подозрительно прогрохотал Уголь, когда все оказались внутри.
— Двое идти на дело отказались, когда узнали, с кем придётся работать, Паленый. Оружие принесли? — грубо ответил один из прибывших, сняв скрывающий лицо капюшон.
Склад был почти пуст, рядом со стеной стояла только парочка недавно доставленных ящиков без маркировок. Рован подошёл к одному из них и приподнял крышку, под которой покоились несколько упакованных в пластик штурмовых винтовок.
— Кто вербовал? — поинтересовался он у прибывшего.
— Кто вербовал, того уже нет. Где Баррет? Был базар, что она будет командовать, — нервно произнёс бандитского вида молодой мужчина с коротко остриженными синими волосами и парочкой небольших металлических колец в носу.
— Леди-босс приказала вас проверить. Ты меня, судя по всему, знаешь, я тебя пока нет. Давай это исправлять, — хищно ухмыльнулся Уголь, в полумраке его белые зубы сверкали особенно ярко.
— Тихарь, — ударил себя в грудь паренёк и большим пальцем начал тыкать назад, — это Лом, Тарантул, Фольга, Слойка и Месяц, — по очереди представил своих всё ещё скрывающих лицо бойцов синеволосый, — Работаем по Кольцу, двигаемся вместе с Гавуром. Он погорел на переправе, чалит на нарах, ждёт мозгомойку. Кореша надо вытаскивать. — парню было на вид чуть больше восемнадцати, говорил Тихарь негромко и быстро, опасливо глядя в сторону чернокожего здоровяка. Похоже, он уже пожалел, что назвал того Паленым.
— Я Грубиян. Он — Уголь, — произнёс в ответ Рован, кивнув на товарища, — Про Гавура слыхал. На чём погорел?
— На смоле. Спускали помалу в Нижний. Под ней мясо само зарастает, многим пацанам и девахам шкуру спасла. Но дорогая зараза, а здесь годами пылится. Когда начали мести, Гавур сам сдался, чтоб мы смогли ноги сделать.
— Леди-босс, всё чётко. Только они зелёные все, перестреляют как уток, — громко произнёс Уголь.
— Ну и пусть перестреляют! Гавур наш пахан! Западло бросать его у крыс корпоратских… — с жаром в голосе воскликнул Тихарь.
Внезапно возникший за спиной Угля, в центре склада, женский силуэт мгновенно привлёк к себе взгляды всех присутствующих. Синеволосый лидер молодых преступников замолчал, словно у него перехватило дыхание. Лина медленно сняла шлем, поправила волосы и неторопливо направилась к молодым бандитам.
— Ептыыыть. И правда она! — воскликнул кто-то из них юным, восторженным девичьим голосом, Тихарь назвал её, кажется, Слойкой.
— Разбирайте пушки, будем работать. Ваша задача простая: устроить у главных ворот кипиш, подавить охрану периметра, привлечь внимание и сразу же отступить. Всё остальное сделаем мы, — ледяной голос блондинки окатил восторженную молодёжь ушатом холодной воды.
— А… А сколько их там? — немного заикаясь, спросил Тихарь, не в силах отвести от лица лунного призрака взгляд.
— Шесть отрядов, состав как у Искателей, четверо рядовых, плюс офицер в силовой броне. Ещё несколько турелей на стенах. Синтов «Образ» не использует, все противники — живые люди, так что… — принялась пояснять Лина, но её перебил выкрик одного из ухарей, вроде бы Тарантула:
— Корпы не люди! Сучары хуже мутантов, валить их всех, наглухо! — парень с мрачным восторгом оглядел новенький автомат, отстегнул магазин и вскинул приклад, прицелившись в блондинку.
От быстрой оплеухи мгновение спустя потолок и бетонный пол у Тарантула поменялись местами, но прежде чем он рухнул, его в воздухе подхватила мускулистая длань Угля. Удерживая парня за ногу на вытянутой руке, чернокожий боец медленно растянул губы в жуткой улыбке:
— Ещё раз так сделаешь, завалю. Понял?
— Да он же не заряжен! — побледнев, воскликнул Тарантул.
— А я тебя незаряженным завалю, — мрачно пообещал сержант и опустил паренька на бетон.
Вежливо подождав, когда господа бандиты и бандитки разберут оружие и встанут навытяжку, изображая солдат, Лина негромко поинтересовалась:
— Вопросы есть?
— Да нет, вроде, — ответил ей Тихарь, глупо улыбаясь.
— Отлично, сейчас младший лейтенант проверит дорогу, доложит и выступаем, — Лина надела шлем, отошла к стене и сложила руки на груди, прикрыв глаза.
Услышав шаги, она приподняла одну бровь, прикинув по массе и походке, что это Рован, он же Грубиян, как его окрестили Смертник и Уголь, припомнив оскорбления, которыми он сыпал при вербовке. Встав напротив, воин тихо спросил:
— А уходить они как будут?
Лина подняла руку и постучала по шлему напротив уха, после чего активировала внутреннюю связь и сообщила:
— Их это вроде бы не слишком тревожит.
— Они пацаны ещё. Совсем молодые, в голове кровь играет, горы кажутся по плечу, — хмуро ответил Рован через динамики, — К тому же они сироты, пахан их с улицы подобрал и вырастил, другой жизни не знают.
— Меня это не волнует. Согласно плану, они отвлекут охрану и дадут нам время тайно освободить цель и безопасно скрыться, — Лина открыла глаза и посмотрела на лицо рядового, на котором играли желваки.
