Дамблдор открыл дверь и шагнул внутрь.
— А, директор, — тело Квиррелла поднялось, и Том указал ему на пустой стул. Его манеры были бесстрастны, хотя и немного мрачны. — Чем я могу вам помочь?
— Квиринус, — Дамблдор занял предложенное ему место, — я хотел бы спросить, не могли бы вы помочь мне с небольшой загадкой.
Том наклонил голову Квиррелла.
— Вы же знаете, что я окажу вам любую помощь, директор. Насколько я понимаю, у вас какие-то проблемы?
Борода Дамблдора дёрнулась. Он провел большую часть вчерашнего дня и вечера, разбираясь с последствиями вызова восьми авроров и постановки замка в режим полной блокировки по причинам, которые ни он, ни авроры не могли полностью вспомнить — и те кусочки, которые он мог вспомнить, он не хотел никому рассказывать.
— Я хочу спросить вас именно по теме моих проблем. Вы помните, как я вчера закрыл замок?
Левый глаз Квиррелла дёрнулся.
— Мне было бы невероятно трудно забыть нечто подобное.
— Так вот, в течение этого времени охранные чары зафиксировали, что вы покидаете замок, несмотря на то, что такое в принципе невозможно во время режима изоляции.
— Как интересно.
— И более того, я могу понять тот факт, что вас не было в замке. То есть мой мозг позволяет мне обрабатывать эту информацию.
Выражение лица Тома на мгновение изменилось. В его глазах мелькнуло мрачное веселье.
— А, чары фиделиуса. Какой полезный элемент магии, не правда ли?
Дамблдор напрягся.
Том рассмеялся:
— Мне бы очень хотелось помочь вам, директор, но, к сожалению, я не могу... вспомнить.
Глаза Дамблдора расширились от шока.
Лицо Тома снова стало непроницаемым.
— Да, раздражает, не так ли?
— Но... — Альбус попытался осмыслить услышанное. — Кто же это?
Губы Тома изогнулись вверх, а глаза мгновенно вернулись к тёмному веселью.
— Я бы сказал "Сами-Знаете-Кто", но это явно не так.
Дамблдор смерил Тома тем же суровым взглядом, каким обычно смотрел на него на уроках трансфигурации.
— Да ладно вам, глубокоуважаемый Дамблдор. Я уверен, что мне, простому бывшему профессору маггловедения, не нужно объяснять то, что для вас должно быть просто очевидным — что бинарной игры больше нет.
И тут Дамблдор внезапно понял, что имел в виду Том. Он, Альбус, был Светлым Лордом, а Том — Тёмным Лордом, это было очевидно, но что может быть и третий — его глаза расширились — и что Том, похоже, считал, что третий достоин быть причисленным к ним как равный.
Том ухмыльнулся:
— Серый Лорд.
* * *
На следующий день, заверив предварительно Трейси, что они в полном порядке и просто тренируются у озера, Дафна Гринграсс снова стояла в зеркальной комнате, закрытой фиделиусом, перед зеркалом, которое определённо не было зеркалом Еиналеж, а вот то, чем оно было — и являлось предметом их обсуждения.
В зеркале отражение Дафны поцеловало хихикающую Гермиону в щеку, прежде чем с энтузиазмом помахать ей красным камнем, перепрыгнув из этого зеркала в зеркало рядом с ней. За спиной зеркальной Гермионы миллионы отражений в сотнях других зеркал в зеркальном лабиринте делали то же самое, иногда в одиночестве, иногда вместе. Яркими пятнами выделялись красные камни.
303/430
В зеркале рядом с ней на ледяном троне сидела средних лет Дафна с горящими голубыми глазами и суровым, царственным и жестоким лицом. Красный камень, который держала Дафна из другого зеркала, являлся предметом спора между ней и Дафной с трона — спора, который закончился, когда ещё одно отражение Дафны из другого зеркала прыгнуло между ними и вызвало отражение взрослого Гарри, которое попыталось выхватить красный камень у Дафны, но промахнулось. Затем Гарри запрыгнул на ледяной трон Дафны и начал делать вещи, которые заставили настоящую Дафну покраснеть.
Дафна с красным камнем тем временем улетела в другое зеркало, хотя в какое именно, сложно было сказать. Их просто было так много…
Дафна попыталась не обращать внимания на изображение в зеркале рядом и вместо этого провела пальцами по зеркалу перед собой, пытаясь почувствовать пронизывающую его магию, как Гарри и предложил ей сделать. Работать было тяжело, особенно учитывая, что Гермиона постоянно хихикала над ней.
— Вот это, — послышался голос Гарри с другого конца комнаты, — это точно не Зеркало Еиналеж.
Дафна оставила свои эксперименты с магическим восприятием и присоединилась к Гарри у одного из многих сотен других зеркал, а через несколько мгновений за ней последовала Гермиона.
— Надеюсь, что нет, — сказала Гермиона с отвращением в голосе.
Дафну затошнило. В зеркале Лорд Уолтер Слагхорн — толстый, уродливый и без малейшего намека на сострадание на лице — творил ужасные вещи с перепуганным семилетним ребенком — Дафной. Она не знала, что видели Гарри или Гермиона, но если это было что-то похожее на то, что видела она, то она не хотела этого знать.
Гарри направил на него свою волшебную палочку.
— Похоже, здесь нет никаких линий магической сигнализации или ловушек, — он создал в воздухе большой камень. — Отойдите, пожалуйста.
Дафна и Гермиона отпрыгнули назад.
Со звонким грохотом рама зеркала рухнула на пол, поверх миллиона крошечных осколков.
Гермиона хихикнула.
— Семь лет невезения.
