Эта книга уже не фэнтези. «Основание Скалы» – антиутопия, чье действие разворачивается в другом измерении относительно планеты Уорр, параллельно с событиями «Восхода черного солнца». Читатель узнает, каким образом Хаятэ попала в древнюю Японию, какие обстоятества сопутствовали ее рождению, и получит общее представление о мире Диктаторов, в котором отныне будут происходить события всех последующих книг. Впрочем, антураж вторичен, и сюжет повести затрагивает его лишь поверхностно.«Основание Скалы» поднимает некоторые вопросы, которые могут показатся религиозными, хотя на деле являются просто моральными. Хотел бы заметить, что я убеждённый атеист.Если в предыдущих книгах мои герои были, как правило, значительно выше и сильнее своего окружения, «Вершиной Скалы», то здесь я изобразил противоположный полюс мира. Жители мрачной и холодной планеты Мортар – робкие, слабые существа, не имеющие даже представления о том, что значит «война», «ярость», «ненависть»... Сотни лет они служат пришельцам-людям в качестве рабов и источника ценной кожи.Примитивное племя зоргов, поклоняющееся редко посещающим их планету драконам, неожиданно получает своего собственного «мессию», который, будучи хищником, переворачивает все их представления о мире. Но и сам герой книги, родной брат Хаятэ, молодой дракон по имени Ветер, проведя годы в мирном и беззащитном племени, изменяется – и так, что более не может найти себе место в мире. Житель Вершины Скалы, пожив в её Основании, более не способен покорить крутые склоны. А внизу ждёт пропасть. Суждено ли ему не упасть?..Книга вышла очень жестокой, и героев зачастую просто жаль. Но именно так и должа выглядеть реалистичная вещь. По крайней мере, я так считаю.
Бабочкой он никогда уже больше не станет.
Напрасно дрожит Червь на Осеннем Ветру…
Крутизна дорог ведёт
к вершинам гор.
Но гораздо круче
Пропасти обрыв.
– Возможно ли познать Добро, не зная Зла?
– А можно ли познать Свет, не зная о Тьме?
– Что есть бог?
– Как зовут твоего соседа?
– Я не знаю.
– Не зная своих соседей, можешь ли ты спрашивать о боге?..
Тьма милосердна. Пока ты во тьме, ты волен представлять себя в винограднике грёз.
Свет может показать камеру палача.
…Он молча стоял перед Господином, и смотрел на его ноги. Голос Господина заставлял его дрожать. Ужас, смертельный страх, отчаяние, и самое страшное – презрение к самому себе. Он подвёл Господина…
– Тьяса, ты очень плохо поступил. Ты неправильно поступил. Ты посмел меня ослушаться.
– Нет, Господин, нет! – он едва не плакал. – Я случайно! Клянусь вам!
– Нет, Тьяса, ты меня обманул. И за это мне придётся тебя наказать.
Он, дрожа, опустился на колени, и нагнулся. Первый удар хлыста заставил его до крови закусить губу, второй – закричать, а третий бросил его на холодный мраморный пол Жилища. Он подполз к ногам Господина, и обнял их.
– Господин, я не хотел! Клянусь вам, Господин! Я не подводил вас! Чётвёртого удара не было, и он, дрожа, приподнял голову, осмелясь скользнуть взглядом по ногам Господина, и остановить дерзкие глаза на его поясе. Там висел Свет Бога, и он в страхе принялся лизать ноги своего хозяина. Ибо все знали, что такое Свет Бога.
– Я прощу тебя на этот раз, Тьяса, потому что раньше за тобой не было подобных случаев. Но помни – Господин видит всё.
– Да! Да! Спасибо, Господин! Спасибо! – от радости он принялся кувыркаться по полу, пока нога Господина не остановила его.
– Иди в хлев, и три дня никуда не выходи. Понял меня?
– Да, господин, я понял – он смиренно вышел из Жилища, но тут уже ликование превысило его способность к самоконтролю, и он с радостными криками бросился в хлев, к остальным – рассказать о великодушии Господина…
…Его звали Тьяса. Он был одним из тех, кому невероятно повезло – Господа разрешили ему (ему!!!) посещать их божественные Жилища, и даже иногда давали еду. За это Тьяса должен был собирать у своих соплеменников странные блестящие камни, и нести их Господину. Он с радостью делал это, пока три дня назад, совершенно случайно не перепутал мешок с камнями…
При мысли о гневе Господина Тьяса задрожал, и поглубже залез в тёмный уголок хлева. Если бы не доброта и великодушие, то Господин мог бы отнять у Тьясы Знак! И тогда и он, и его семья, были бы обречены. Господа никогда не промахиваются на охоте…
Тьяса скрутился в клубок, и тихо застонал. О, Крылатые, спасибо вам за то, что дали Тьясе ещё один шанс. Он докажет, что Господин был прав, оставив ему Знак. Он принесёт ему много-много блестящих камней, и Господин сможет дать их Крылатым, и тогда он станет добрый, и не вспомнит про Тьясу…
Он лежал в темноте, дрожал, и думал о своих богах. Крылатые… Они были так красивы! И их боялись даже Господа. Однажды Тьяса видел, как Крылатый накричал на Господина, и тот промолчал. Тьяса испугался, что бог его увидит, и убежал, а Господин отнял Знак у троих его друзей, и отвёз их в степь. Вернулся Господин через два дня, довольный. Один…
Невольно Тьяса начал вспоминать о невероятно давнем времени, когда Господ не было. Как тогда жили? Он не знал. И Тьяса, и его предки до пятого поколения – все служили Господам. Так было всегда.
Постепенно пришёл сон. Тьясе снилось, как он идёт по степи, а вдали стоит Господин. Тьяса знает, что Господин хочет камни, и начинает их искать. Но камней нет, а Господин всё ближе, и ближе. От страха Тьяса падает на колени, и тут видит большой камень. Он поднимает его, и протягивает Господину. И Господин берёт камень! И не убивает Тьясу!…
…Проснулся. На дворе была ночь. Завывал ветер, предупреждая о том, что долгое лето подходит к концу. Это был уже второй Ветер в жизни Тьясы, и он знал, что наступит после лета. Придёт осень, задует бесконечный, холодный Северный Ветер, и прилетят Крылатые. Господа говорили, что один Цикл это почти сорок их «лет». Он не мог понять этого. Он просто знал, что скоро наступит осень, прилетят Крылатые, и ему придётся покинуть тёплый хлев Господина…
