Я петлял по извилистым улочкам, выискивая конторы этих самых Графов. Проблема выявилась довольно быстро. Графов-то в городе аж восемь штук, у каждого свои интересы, своя экономическая специализация, всё как положено. Но их резиденции, или как их тут называют, ратуши, для меня оказались закрыты. Да, они видят мою ауру Избранника, всё понимают, но на аудиенцию записаться хрен там. Оказывается, для этого нужен определённый уровень Репутации.
Всё как на Земле. Формально все страны равны и являются членами ООН, но нельзя сравнивать Болгарию с потенциалом меньше, чем у Калужской области, и США. Также и у бизнесменов, директор компании ООО «Шараш-монтаж» не попадёт на приём к генеральному директору ПАО «Газпром».
Репутация, как мне объяснили словоохотливые помощники этих самых Графов после пары часов моих настойчивых попыток пробиться, складывается из размера твоей деревни, твоего личного капитала и каких-то там «великих деяний».
Графы — шишки большие, воротилы местного бизнеса, у них ресурсы, связи, всё серьёзно. А я со своим Весёлым мелкая сошка, пыль под ногами, и плевать им с высокой колокольни на мой статус Избранника. Ну, типа, есть у тебя дипломатический паспорт, и что? Денег-то у тебя нет, влияния тоже, так что вали отсюда, мальчик, не мешай серьёзным людям работать.
Проторчав несколько часов под дверями разных контор и выслушав примерно одно и то же в разной степени вежливости, я понял, прямой подход тут не работает. Нужна другая стратегия, как в девяностых: если дверь закрыта, ищи окно или чёрный ход.
Вконец уставший и злой я плюхнулся на скамейку возле какой-то таверны. Даже не одной, их тут целая куча, и вывески одна заманчивее другой. Для полноты картины в луже вольготно, как отпускник по санаротной путёвке, валялась свинья.
Сижу, кумекаю. Рассчитывал наладить контакты с Графами, заключить пару выгодных сделок, а теперь что? Полный облом. Может, по гильдиям пройтись? Вдруг какой-нибудь мелкий подрядчик или поставщик заинтересуется сотрудничеством? Надо же с чего-то начинать.
И пока я сидел и горевал, погружённый в свои невесёлые думы о попусту потраченном времени, из таверны рядом раздался дикий грохот и ругань. Дверь с треском распахнулась, и здоровенный детина, явно вышибала, выволок за шкирку другого мужика, поменьше, одетого в какую-то хламиду, похожую на мантию.
— Слышь, ты, урод! — заорал вышибала, тряся за грудки бедолагу. — Ещё раз здесь появишься, мы тебе не только руку сломаем, понял⁈
С этими словами он с силой швырнул мужичонку прямо на булыжную мостовую, после чего с грохотом захлопнул дверь таверны.
Мужик в красной замызганной мантии и дурацкой мягкой шляпе попытался встать, но оказался настолько пьян, что ноги не держали. Он барахтался, как жук на спине, снова и снова пытаясь подняться и тут же падая. Прохожие брезгливо морщились и просто обходили его стороной, даже не глядя. Видимо, картина привычная, местный алкаш опять нажрался. Типичная городская обстановка.
Наконец мужичку кое-как удалось встать на четвереньки, потом на ноги, но, сделав всего пару шатких шагов в мою сторону, он снова рухнул. Я чисто рефлекторно подхватил его, не дав снова разбить нос о мостовую, и усадил рядом с собой на скамейку. От него несло перегаром так, что аж слёзы на глаза наворачивались.
— Ох, спасиб… ик… — пробормотал мужик, пытаясь сфокусировать на мне взгляд.
— Да не за что, — ответил я, внимательно его разглядывая. Оборванец, пьянь, но… На боку у него висела потрёпанная книга заклинаний, а рядом здоровенная металлическая фляга. Ага, значит, не простой алкаш. — Ты, случаем, не колдун будешь?
— Я Великий и Мудрый… ик… Фома! Как Фома Неверующий, только без «Неверующий». И с большой буквы «Ф», понял? — заявил он, покачиваясь и отчаянно борясь с гравитацией, видимо, довольно сильно тянущей его к земле.
— Приятно познакомиться, Фома, — сказал я, с трудом сдерживая усмешку. — А какой магией практикуешь, Великий и Ужасный?
— Великий и Мудрый! — поправил он меня, во всех направлениях сразу качая головой. Силой иллюзии!
Икнув ещё раз, маг взмахнул рукой и что-то пробормотал себе под нос. Ничего не произошло.
— Видишь? Я сделал воздух невидимым!
Тут я не выдержал и рассмеялся. Да уж, этот колдун явно знавал лучшие дни. Похоже, его основной талант — создавать иллюзию собственной значимости, и то получалось не очень.
— Слышь, братан, — обратился ко мне Фома, заговорщицки понизив голос, — у тебя монетки не найдётся? А то я чёт… ик… на мели совсем.
— Да неужели? — спросил я, чувствуя, как внутри начинает просыпаться деловая хватка. — А что за история с тобой приключилась?
— Моя история? О, я расскажу тебе, да! Когда-то я был очень, очень трезвым. А потом зашёл в эту таверну… и вышел из неё гораздо лучшим человеком! Вот и вся история, — он протянул ко мне грязную ладонь. — С тебя один золотой.
Так, кажется, у меня появился шанс. Этот тип, конечно, алкаш и раздолбай, но он колдун, и к тому же явно в отчаянии. Интересно, на что он способен, когда трезвый? Судя по тому, как его вышвырнули из таверны, денег у мужика точно ни гроша.
