Но сейчас я молча наблюдал, как женщина, чьи интересы тут представлял, вчитывается в каждую букву на пергаменте. Бумага, плотная, чуть шершавая на ощупь, пахла чернилами и пылью её кабинета.
— Три года? — простонала она, наконец откладывая документ и качая головой. Мы снова сидели в её библиотеке, друг напротив друга, в воздухе висела какая-то звенящая усталость. — Ещё три грёбаных года в этой дыре⁈
— Слушай, посмотри на всё с другой стороны, — попытался я её подбодрить, хотя сам понимал, что звучит так себе. — Лучше три года, чем ещё двадцать лет бесконечной войнушки, верно? Могло быть и хуже, прикинь. Опять-таки тебе объективно нужно время на исследования и магию. Ты сможешь сосредоточится на возвращении и сделать все приготовления, причём не думая о постоянном нападении.
— Ты хорошо поработал, — Сюзанна тяжело вздохнула, так, что плечи опустились. — Прям реально хорошо, Морозов.
— Ну, я просто просёк, чего он хочет, и дал ему это. Ровно также, как ты получаешь то, что хотела, — пожал я плечами. — Бизнес, ничего личного. Все в выигрыше, классический win-win.
— Ага, только главный выигрыш тут у тебя, — криво усмехнулась она. — Заставил нас помириться, значит, теперь будешь грести бабло лопатой с нашей торговли. Чистый профит.
Я улыбнулся её проницательности. Ну да, не без этого.
— Не думай, что я не сочувствую твоему делу, — сказал я чуть мягче. — Я искренне верю, что здесь выиграли все. Ну, почти все.
Сюзанна пожала плечами, явно не до конца успокоенная.
— Железный Рудник себе оставляешь? Или как?
— Он полностью твой, — ответил я без колебаний. — Ты же за него платила, твои инвестиции.
— Хорошо. Мне понадобится всё железо, какое только смогу добыть. На всякий случай, если он вдруг решит нарушить договор. Мало ли, что этому вояке в голову взбредёт.
— Погоди, я думал, такие контракты здесь нерушимы, типа магия, все дела…
Сюзанна покачала головой, её взгляд стал ещё мрачнее.
— Нарушить можно, но за это полагаются штрафы. Конкретные такие, большие. Всё как в бизнесе. И главный, теряешь милость своего бога-покровителя. Но я бы не поручилась, что Герман не рискнёт на это пойти, он же упёртый, как баран.
— Да брось! Не пойдёт он на это! — я попытался вернуть её к реальности. — Единственная причина, по которой Герман хотел удержать тебя здесь, это ради гарантии сохранения собственной власти. По сути, он же без тебя тут никто. Тебе нужно просто отпустить это всё, забить и жить дальше.
— Отпустить! — фыркнула она с горечью. — Легко тебе говорить, не ты же прогибаешься после двадцати долгих лет беспросветной борьбы.
— Ты не прогнулась, а сменила стратегию, — возразил я, указывая на внушительную стопку книг на её столе. — Теперь можешь хоть круглосуточно читать свои фолианты, искать дорогу домой. Разве не это твоя главная цель, нет?
— Знаю, знаю… Просто я разочарована, — тихо ответила она. — По стольким причинам… Прям тошно!
— А на что ты надеялась? Чего ждала? — спросил я осторожно.
Сюзанна снова пожала плечами, глядя куда-то в сторону.
— Я надеялась, что он поймёт… поймёт, как хреново он со мной поступил. Думала, извинится, ну хоть для вида.
Я почувствовал себя неуютно.
Дальше лезть в эту тему совсем не хотелось. Я, конечно, переговорщик, опыт в разборках имеется, но, блин, не психотерапевт и не семейный консультант. Это уже совсем другая поляна.
— Боюсь, Сюзанна, что в конечном итоге всем нам приходится чем-то жертвовать. Такова се ля ви, как говорят у нас на Земле, — я постарался сменить тему. — Кстати, если захочешь уединения для своих исследований, в Весёлом для тебя найдётся место. Тихое, спокойное.
— Нет-нет, я всё ещё управляю этой деревней, — отрезала она. — Ещё три года и ни днём больше.
— Думаешь, найдёшь заклинание к тому времени?
— Очень на это надеюсь, — сказала Сюзанна, поднимаясь и формально кланяясь мне. В её глазах мелькнула отчаянная решимость. — Я должна, чёрт возьми, на это надеяться.
Я подписал бумаги, передающие права на рудник Сюзанне, и откланялся. Мир, пусть и хрупкий, пока что воцарился между двумя этими… кхм… королевствами, а с его приходом пришло время заняться моей следующей серьёзной целью, продажей торговых прав другим Избранникам.
Поскольку обе деревни, и Аистово, и Дурнево, заключили со мной эксклюзивные торговые соглашения, я, по сути, стал их единственным внешним представителем. Однако ближайшие соседи всё ещё считали этих правителей агрессивными и опасными, и к формированию такого глубоко укоренившегося мнения имелись объективные причины.
Потому-то и нужен был я, торговый атташе с эксклюзивными полномочиями.
Я видел ресурсы обеих деревень через свою Стратегическую карту, мог анализировать производственные мощности и заключать сделки по своему усмотрению. А как только подписывал торговое соглашение от их имени, сразу начинал получать процент с каждой поставленной единицы товара. Комиссионные, проще говоря. Я стал брокером, мать его! И это прекрасно. Развернулся настоящий бизнес, а не просто деревенская возня.
