— Так-так-так, — пробормотал я себе под нос, перечитывая письмо во второй, а потом и в третий раз. Прям детектив какой-то, а не дипломатическая переписка. — Похоже, наш грозный Лекс… — я осёкся на полуслове, краем глаза заметив, что его шестёрка всё ещё стоит на карачках всего в паре метров от меня, навострив уши, как локаторы, — попал в небольшую оперативно-тактическую передрягу, — поспешно закончил я фразу, стараясь придать голосу максимум нейтральности. — Что не есть хорошо. Для него, конечно. Хм-м-м… Да уж.
Ситуёвина, надо признать, складывалась интересная, если не сказать пикантная. Лекс Могучий, этот местный Чингисхан, теперь отлично осведомлён о грядущей войне, но его реакция, что самое забавное, вовсе не грозный призыв к оружию, мол, все под ружьё, порвём супостатов на британский флаг! А наоборот, явная попытка оттянуть драку, заморозить конфликт. Либо письмо обманка, либо ему и правда нужно затянуть начало войны, чтобы его враги столкнулись со сложностями в снабжении.
Я крепко задумался. С чего бы это вдруг такая нерешительность? Неужели зима и впрямь такая геморройная пора для его боевых действий, что он готов платить мне за её отсрочку?
Я снова впился глазами в строки письма, обращая особое внимание на формулировки. Дьявол, как известно, кроется в деталях, особенно в таких вот письмах счастья. Он назвал зиму «солнцестоянием» для себя и своих вояк. «Единственное время, когда они могли насладиться миром и покоем».
Прям курортники, блин, а не закалённые в боях головорезы. Неужто боевой дух его парней зимой действительно падает ниже плинтуса, и он это прекрасно понимает?
Я по-быстрому заглянул в свой список советников в интерфейсе Стратегической карты, не найдётся ли там кто-нибудь, кто шарит в военных делах и мог бы просветить меня по поводу этой самой «зимней депрессии» у солдат.
