Кстати, свою фамилию в библиотечном членском билете вам надо будет изменить — станете, к примеру, Генделяном, ясно? Насколько мне известно, в Краснодарском крае каждый пятый житель — армянин… Это обезопасит вас, хотя бы на время, от пристального внимания местного КГБ. И пока оно, сбившись с ног, будет разыскивать гражданина Генделяна, вы успеете закончить работу над своим изобретением. А победителей, как известно, не судят… Так что времени у вас будет предостаточно! Главное — не терять оптимизма и, невзирая ни на что, двигаться к поставленной цели… Цель у вас святая, поэтому — вперед!
Заметив растерянность на лице собеседника, Стефанофф добавил:
— Думаю, не обижу вас, если выдам вам аванс на изыскательские работы. Одну тысячу рублей…
Не дожидаясь ответа, американец быстро сунул клубок ассигнаций в карман Семёну и дружески похлопал по плечу.
— Видите, Семён, я у вас даже расписки в получении денег не беру… Да, чуть не забыл! — Стефанофф театрально хлопнул себя ладонью по лбу.
— Единственное мое пожелание, или условие — назовите, как хотите, это не принципиально: я должен
— Идет, — промямлил Гендлер, смущенный натиском американца.
Ближайшие полгода Гендлер исправно получал бандероли с американской технической литературой, благодаря чему сумел в кратчайшие сроки материализовать свою идею.
Своими успехами он, как всякий первооткрыватель, ищущий признания, не мог не похвастать перед друзьями. Он даже продемонстрировал им, как действует созданный им аппарат.
— Я и название ему придумал: «НОС-1» —
Всех присутствовавших охватил безудержный восторг.
— Сенька, да ты — гений! Александр Белл тебе и в подмастерья не годится! Ты даже не отдаешь себе отчета, что произвел настоящий переворот в телефонной системе связи! Тебе надо немедленно лететь в Москву, чтобы запатентовать изобретение… Немедленно! И денег на дорогу мы тебе дадим… Лети завтра же!
— Да, очевидно, так и придется сделать, — ответил Гендлер, а у самого перед глазами возник образ Грига Стефаноффа и данное ему обещание. — Завтра и полечу… Только вот один звонок в Москву сделаю…
— К чему какие-то звонки? Лети так! И прямо с самолета — в ВОИР (Всесоюзное общество изобретателей и рационализаторов), там тебя поймут и оценят.
— Нет, ребята я так не могу. Я связан словом с человеком, который стоял у истоков моего изобретения. Можно сказать, что именно благодаря его помощи я и создал свой аппарат…
После этого Семёну ничего не оставалось, как рассказать друзьям историю знакомства с Григом Стефаноффым, сообщить о конспиративном способе получения от него технической литературы и данном обещании ознакомить американца первым с результатами своей работы.
Друзья были единодушны в своем вердикте:
— Ты, Сенька, в благородство играешь, а ведь есть еще и КГБ, который уж никак не оценит твоих благородных порывов, а попросту отберет аппарат, да еще, не дай Бог, и статью пришьет за связь с иностранцем… Впрочем, изобретение твое, поэтому поступай, как знаешь, как велит тебе совесть… Но слетать в Москву и посетить ВОИР ты обязан… Флаг тебе в руки и ветер в твои паруса!
Назавтра Семён, конечно же, никуда не улетел, а оказался на нарах специзолятора Краснодарского управления КГБ. Но для родителей и окружающих он находился в столице.
Впрочем, в Белокаменную Гендлер всё-таки попал. Под охраной двух дюжих кагэбэшников. В Краснодаре какой-то светлой голове удалось сложить два и два и убедить руководство центрального аппарата КГБ СССР в целесообразности использования изобретения краснодарского самородка.
На некоторое время Семёна даже прикомандировали к 12-му отделу КГБ («прослушка» телефонов), а его изобретением занялась целая бригада технарей, которым понадобилось совсем немного времени, чтобы понять, какие преимущества и перспективы сулило открытие Гендлера.
Речь, прежде всего, шла о колоссальной экономии сил и средств. Представьте: вам ежедневно в течение 24 часов в сутки надо прослушивать около тысячи телефонов, установленных в рабочих кабинетах посольства США и на квартирах американских дипломатов в Москве. Значит, круглосуточно приходится держать на привязи более трех тысяч «слухачей» (рабочий день у них — 8 часов). Более того, еще нужна целая армия сыщиков, которые после поступления звонка на аппарат абонента — американского дипломата — занялись бы выяснением личности звонившего.
