Марика вздрогнула. Ее глаза потускнели, лицо осунулось и побледнело, как будто его мгновенно присыпали толстым слоем пудры. Она застыла каменным изваянием и несколько секунд сидела не шелохнувшись.
– Марика, – прошептал я, потянувшись к ней, но она так сильно толкнула меня, что я упал на спину, лязгнув автоматом о пол.
В ту же секунду Марика резко вскочила. Сердито сверкая глазами, она гневно выпустила воздух из раздутых ноздрей, сжала тонкие пальцы в кулачки.
Опираясь на руку, я встал с пола и шагнул к ней.
– Прошу, выслушай меня.
– Не хочу ничего слышать! Ненавижу! Убийца-а-а! – зазвенел бьющимся стеклом звонкий крик Марики.
– Тише! – зашипел я, делая безумные глаза, и прижал указательный палец к губам. – Он нас услышит.
Я подкрался к окну, стараясь держаться вне зоны видимости, прижался плечом к оклеенной обоями стене и осторожно выглянул на улицу. На брусчатке повсюду виднелись красные отпечатки лап монстра. Насторожив уши, как собака, вервольф ходил среди изуродованных трупов, роняя с окровавленной морды длинные тяжи розовой слюны и нервно втягивая воздух черной пуговицей мокрого носа.
Я отпрянул от окна, схватился за автомат. Хотя какой от него прок? Я сам присутствовал на испытаниях подобной твари и видел, как пулевые отверстия затягивались с умопомрачительной скоростью. У этого монстра с регенерацией тоже было все в лучшем виде. От недавних ранений на теле остались лишь колтуны слипшейся от крови шерсти.
– Боишься?! – истерично выкрикнула Марика. В глазах девушки бурлила ненависть, щеки пылали от гнева, а губы искривились в презрительной усмешке. – Так тебе и надо! Пусть эта тварь сожрет тебя!
Уцелевшие стекла задрожали от оглушительного рыка. Я снова выглянул в окно. Вервольф огромными скачками двигался к нашему укрытию. В считаные секунды он пересек улицу, в длинном прыжке оттолкнулся от земли, с треском вышиб оконную раму и, в туче сверкающих осколков, влетел в комнату. Перекатившись по полу, зверь встал на задние лапы. Выпятив широкую грудь, он поднял волчью морду к потолку и протяжно завыл.
Марика пронзительно завизжала, швырнула гранату в лоб чудовищу и забилась в угол, обняв прижатые к подбородку колени. «Колотушка» с глухим стуком отскочила от прочного черепа твари, ударилась о пол и откатилась к стене.
Хрустя битым стеклом и царапая половицы когтями, монстр двинулся к девушке.
– Эй, ты! Иди сюда! – Я лязгнул автоматным затвором.
Вервольф коротко рыкнул, скользнув по мне мутным взглядом, и продолжил двигаться к намеченной жертве. Марика еще сильнее вжалась в угол, прикрыла глаза руками, что-то быстро шепча.
– Стой, тварь! – рявкнул я и спустил курок.
Автомат затрещал. Пули злобными шершнями вонзились в бедро монстра, с хрустом разрывая плоть.
Вервольф взвыл. Присев на раненую ногу, он резко развернулся и, брызгая из ран кровью, бросился в атаку. Я всадил оставшиеся пули ему в грудь и отпрыгнул в сторону за мгновение до того, как когтистая лапа промелькнула передо мной. Чудовище врезалось головой в межкомнатную перегородку. Обломки штукатурки и раскрошившиеся кирпичи с грохотом посыпались на пол, поднимая клубы серой пыли.
И все-таки тварь зацепила меня. Острые когти распороли подсумок. Два набитых патронами длинных «пенала» с металлическим дребезгом свалились на пол, третий повис, зацепившись выступом донца за нити разорванного брезента.
Я схватил болтающийся в воздухе магазин, быстро перезарядил автомат. Пыль от частично разрушенной стены еще плавала в воздухе, когда я подскочил к рычащему и мотающему головой монстру и длинной очередью на все тридцать два патрона снес ему половину черепа.
Мертвая туша рухнула на пол. Секунду спустя раздались громкое шипение и сухой треск. Монстр на глазах превращался в обнаженного мужчину с кровавым месивом вместо головы и вытатуированными на пальцах правой руки русскими буквами.
Я отомкнул от автомата пустой магазин, подобрал с пола набитый патронами и вогнал его в приемную горловину «шмайссера». К тому времени Марика уже встала на ноги и теперь, пошатываясь, медленно двигалась к выходу из комнаты.
– Марика! – Я сделал шаг к девушке.
– Оставь меня! Видеть тебя не хочу!
– Ты можешь уйти, Марика, но что ты будешь делать одна в чужой для тебя стране?
– Мне все равно, лишь бы не видеть тебя, убийца! Ты создал этих тварей, привел их в наш мир, чтобы они убивали людей, сеяли хаос и разрушения. Ты.
– Хватит! – рявкнул я, теряя терпение, но поспешил взять себя в руки и спокойно сказал: – Выслушай меня, хорошо? Потом иди куда хочешь, если посчитаешь нужным. Договорились?
Марика ненадолго задумалась, склонив голову набок и кусая нижнюю губу. Наконец резко кивнула, и я продолжил:
– Вервольфов действительно создал я, но не тот, что сейчас стоит перед тобой. – Я ткнул себя в грудь: – Это тело принадлежит барону Отто Ульриху фон Валленштайну. Это тебе понятно?
Марика снова кивнула. Я заметил, что ненависти в глазах стало меньше, но во взгляде все равно чувствовалась напряженность.
