Основные Больные Вещи полностью

Нэйт оставил Джонни присматривать за мамой. Затем в сопровождении Дока Хэмптона он вошел в дом. Живя так далеко в глуши, семья Уилсонов, как и большинство их соседей, существовала без телефона и электричества. В кромешной тьме Нэйт порылся в шкафу в прихожей, нашел старое ружье "Паркер" двенадцатого калибра и зарядил его. Затем, с фонариком в руках, они отперли дверь и ворвались внутрь.

Бледный луч был направлен на кровать с латунной рамой, как и два дула ружья. Но стрелять было не во что. Большая пуховая кровать была пуста. Нэйт и Док подошли ближе и осмотрели место, где когда-то лежал в агонии Пап Уилсон. Простыни были скручены и насквозь пропитаны кровью. Единственными останками бедняги Папа были лохмотья одежды и верхняя пластина зубных протезов, сделанных по заказу, лежащая рядом с изжеванной и выброшенной подушкой. Что касается червя-паразита, то единственными следами его ужасного существования были несколько колючих перьев, торчащих из клеенки матраса.

Где же он? Мысли Нэйта метались в панике. Луч фонарика проследил за длинным пятном свежей крови, похожим на слизистый след слизняка, пересекающим деревянный пол в направлении открытого окна. Уголком глаза Нэйт уловил движение, но слишком поздно. Он крутанулся на месте и выстрелил как раз в тот момент, когда тварь перемахнула через подоконник и скрылась в темноте, оставив на карнизе лишь мазок свежей крови и иголки... дразнящее напоминание о совершенном там ужасном деянии.

Нэйт Уилсон вырвался из тисков этого жуткого сна, осознав, что суть его кошмара произошла несколько часов назад.

В ту ночь он не собирался сомкнуть глаз. С десяти часов, когда в доме потемнело, Нэйт сидел на чердаке сарая с ружьем в руках и ждал, когда из чащи появится первый признак этого маленького щетинистого чудовища. Он знал, что в конце концов его страшный голод победит страх и он начнет пробираться через двор в поисках удобного входа.

Взошла полная луна и залила бледным светом все окрестности владений Уилсонов. Нэйт не стал обращать внимания на лунные пятна, его беспокоили густые тени между ними. Со своей точки обзора он имел все шансы заметить эту тварь. Если продолговатая тень начнет пробираться сквозь траву внизу, он сможет легко расправиться с ней одним метким выстрелом. Так он и предполагал, прежде чем заснуть. Теперь он полностью проснулся, его разум был начеку, и в нем мгновенно зародилось беспокойство.

Лучше перестраховаться, чем потом жалеть, - сказал он себе. Нэйт покинул свой ночной пост и спустился по лестнице на сеновал. В конце концов, это не какая-нибудь голодная до цыплят лиса, которую он поджидал. Быстрым шагом он вышел из сарая и пересек залитый лунным светом двор. Остановившись у насоса с длинной ручкой, стоявшего у заднего крыльца, он отложил ружье в сторону и набрал полный черпак холодной колодезной воды.

Вскоре он уже переступал порог дома. Его брат Джонни крепко спал за кухонным столом, его дыхание было тяжелым, а сон - беспокойным. Фонарик лежал на дровяной печке, где Нэйт его оставил. Он взял его и пошел по внутреннему коридору. Он посветил фонариком в сторону передней спальни, но не двинулся к ней. Дверь была заперта, уродливый клубок пропитанных кровью простыней остался нетронутым с тех пор, как Док Хэмптон в замешательстве ушел. Завтра шериф округа приедет расследовать это происшествие, но сейчас это было неважно для Нэйта.

Слабый шум из-за соседней двери заставил его напрячься. Он тихо повернул ручку и шагнул внутрь, осматривая стены лучом ручного фонаря. Он настоял на том, чтобы мать в эту ночь спала в комнате мальчика. Она пассивно согласилась, и он уложил ее спать, обеспокоенный ее вялым настроением и стеклянным взглядом. Смерть отца сломила дух старухи, заставив ее уйти в себя, подальше от окружающего мира, который мог бы напомнить ей о муже и вновь привести в движение ужас.

Нэйт тихо подошел к кровати и направил свет на пушистую подушку с гусиным пухом у изголовья.

- Ма? - прошептал он.

Бледное лицо матери смотрело на него широко раскрытыми глазами, мышцы ее впалых щек гротескно подергивались.

- Ма, с тобой все в порядке?

В юношу закрался страх. Был ли у нее припадок или инсульт, запоздалая реакция на перенесенное ранее напряжение?

Страх Нэйта сменился диким трепетом безудержного ужаса, когда он посветил фонарем дальше вниз. Простыни были пропитаны свежей кровью, бугристые складки вздрагивали и ритмично колыхались. Что бы ни шевелилось под кровавым бельем, это было не тело его дорогой, милой матери.

Не раздумывая, Нэйт схватился за край простыни и отдернул ее в сторону. Он отпрянул на несколько шагов, фонарь дико дрожал в его руке. Ему хотелось закричать. Господи Боже мой! - он хотел закричать со всей отчаянностью безумца, но не мог. Он мог только стоять и смотреть на это зрелище, с отвращением и ужасом.

Каким-то образом проклятая тварь снова оказалась в доме. Как именно, было неважно. Нэйт знал только одно: оно было здесь, перед ним, и овладело Ма.