Сравнительная антропология и этническая социология. Рекомендуется в качестве учебного пособия по курсу «Этнополитика». Данная книга закладывает фундамент надежных этнополитических представлений.Книга будет интересна не только студентам, будущим управленцам, историкам, журналистам, политологам, обществоведам, но и профессиональным этнологам и антропологам. Она содержит как актуальные исторические, так и самые последние сведения в указанной области, за которыми в наши дни непросто уследить. Книга объединяет обширнейшие данные многих наук (этнополитики, расологии, этнологии, антропологии, геологии и др.), оставаясь при том на твердой почве знаний и фактов, а не досужих мнений, как это часто бывает у обществоведов.
О чем эта книга, зачем и почему она необходима сегодняшней России?
Наука этнополитика ни в СССР, ни в государствах, возникших на его месте, никогда не изучалась и не преподавалась. По этнополитике почти не читается лекций, нет серьезных учебников, методических пособий, хрестоматий.
В результате во внешней и внутренней политике России провал следует за провалом, ошибка за ошибкой — ибо ее проводят люди, не знакомые с азами этнополитики, не учившие ее законов, не пользующиеся ее правилами.
Когда советские дети ходили в школы и вузы, там насаждались политэкономическое мышление, марксизм: считалось, что экономика все определяет, а любая политика — лишь «концентрированное выражение экономики». Все и вся объяснялось с этой точки зрения. Ленин утверждал, что нации есть «буржуазная выдумка», и даже «мудрый Сталин», давая определение нации, ставшее на многие десятилетия хрестоматийным, умудрился опустить в нем самый главный, конструирующий признак нации: общность происхождения. Политбюро ЦК КПСС игнорировало этнополитику как лженауку, сознательно закрывало глаза на этнополитические конфликты в стране, желая видеть вокруг лишь тишь, гладь и божью благодать, и в результате прозевало необратимые тектонические процессы, разрушившие страну.
Распад СССР ярко продемонстрировал всю убогость и фальшивость политэкономической концепции. Огромное государство развалилось вопреки ясно выраженной на референдуме установке большинства населения. Причем развалилось именно по национальным границам.
То есть, умом, рассудком люди понимали, что гораздо лучше, выгодней, удобнее — словом,
Обратного пути нет и уже не будет. В этом же направлении медленно, но неуклонно двигается и Россия.
Банкротство политэкономической доктрины было полным и наглядным. На смену ей одно время в моду вошла геополитика, с помощью которой пытались объяснять происходящее в стране и мире. Но это немногим более успешная и внятная концепция, чем политэкономия. Ведь горы не воюют друг с другом и моря не предъявляют друг другу претензий. Это все делают люди, и географическое положение народов есть лишь один из факторов, в некоторой степени определяющих их поведение.
Распад Советского Союза, Югославии, Чехословакии и сеть военных конфликтов, покрывших значительную часть мира и носящих отчетливо этнический характер, показали с величайшей убедительностью, что геополитика есть, в сущности, лишь проекция этнополитики на географическую карту, и не более того. Ибо субъектом истории вообще являются этносы. Именно человеческие племена, этносы воюют, конфликтуют и вообще взаимоотносятся с тех пор, как существует человек.
Конечно, войны и конфликты — не единственная форма взаимодействия народов. Но именно они настоятельно требуют особых, этнополитических знаний и умений, ибо цена ошибки тут неприемлемо высока: человеческие жизни. Бессмысленно, бесполезно и даже вредно приступать к разрешению связанных с войнами проблем, не овладев этими знаниями и умениями.
Вообще же, в целом, именно вся сфера взаимоотношений народов и наций — есть основной предмет этнополитики.
Специфические этнополитические знания необходимы на каждом шагу политику, государственному деятелю. После крушения СССР мы стали свидетелями непрекращающейся серии неприятных, опасных и стыдных ошибок в российской внешней и внутренней политике. Можно смело утверждать, что причина этого — в отсутствии даже самых элементарных этнополитических представлений у президентов и их политконсультантов[1]. Напротив, они, вопреки очевидному, пытаются делать вид и строить политику так, как если бы национальный фактор вообще отсутствовал в жизни или был чем-то несущественным, третьестепенным.
Запрет строить в России партии по национальному признаку — поистине глуповское решение! — один из оглушительных примеров поразительной этнополитической слепоты. Но, увы, далеко не единственный.
