Встретить на своем крыльце обнаженного парня с медвежьим капканом на лодыжке — дело из ряда вон выходящее даже в Гранди на Аляске. Но когда этот самый парень превращается в волка, Мо Ванштейн, только недавно переселившаяся сюда южанка, без труда понимает, что у нее неприятности. У ее язвительного соседа, Купера Грэхема, не скрывавшего своих сомнений в способностях Мо приспособиться к жизни на Аляске, тоже не все так гладко. Его бич — волчья сущность. Купер, альфа-оборотень, покинувший свою ненормальную стаю по собственному желанию, влюбился в Мо с первого вдоха. В округе Гранди уже несколько человек подверглись нападению волка, и так как Купер не помнит, чем занимался в волчьем обличье, то беспокоится, что он и есть тот загадочный свирепый хищник. Если волк бьет тревогу, то к нему стоит прислушаться, хотя Мо и уверена, что Купер ни в чем не виноват. Но если не он, то кто? И что делать, если в тебя безумно влюбился волк-оборотень? В правилах флирта теперь сам черт ногу сломит…
Перевод осуществлен на сайте lady.webnice.ru
Переводчики: Anastar GeeJay Еленочка Oljkin ЛаЛуна Бета-ридинг: KattyK Редактор Королева How To Flirt With a Naked Werewolf by Molly Harper, 2011.
Принять участие в работе Лиги переводчиков lady.webnice.ru/forum/viewtopic.php?t=5151
Когда моя жизнь превратилась в песню Вилли Нельсона?
Если на пороге появляется обнаженный мужчина с медвежьим капканом на лодыжке — лучше всего сделать то, о чем он просит.
Этот урок мне пришлось усвоить на собственном горьком опыте. Урок, которого не предвещало то бодрящее июньское утро, когда я подъезжала на своей развалине к крошечному городку Гранди на юго-востоке Аляски. И как бы я ни сочувствовала своему «новому» полноприводному внедорожнику, я пока не могла остановиться.
— Еще несколько минут, детка, — сказала я, нежно поглаживая пальцами потертый пластик руля, который подрагивал на каждом обороте вокруг оси, будто страдающая артритом леди, утверждавшая, что сразу, как приедем в город, стоит найти приличного механика. Форд девяносто девятого года, который я любовно окрестила Люсиль, пока ехала через Канзас, нужно будет немного побаловать, дабы возместить физический и моральный износ от нашей первой совместной поездки.
Я проехала тысячи миль, выдула неимоверное количество чашек отвратительнейшего кофе на вынос, вытерпела трехдневную переправу на пароме из Вашингтона, чтобы добраться до витиевато вырезанного указателя «Добро пожаловать в Гранди». Когда он показался впереди, мое сердце екнуло. Надпись гласила, что население города насчитывало две тысячи пятьдесят три человека. Я собираюсь изменить это число.
Решив, что Люсиль заслужила небольшой перерыв, я припарковалась прямо перед указателем. Автомобиль затрясся, затем загудел и заглох. Развернувшись на водительском сидении, я сошла на разбитую обочину асфальтированной дороги, чтобы размять ноги. Пробежавшись пальцами вдоль резьбы по дереву, я восхитилась способом, каким мастеру удалось вписать мотивы инуитского искусства в дизайн и не смазать четкость указателя. И эстетично, и по назначению.
Я вытянула руки над головой, наслаждаясь хрустом одеревеневших позвонков, ставших на место после напряжения последних шести часов. Несмотря на относительное тепло конца июня, я дрожала. Расстроившись, я спрятала руки в новую с иголочки спортивную куртку, которую первым делом приобрела для здешнего климата. Я привыкла к удушающе горячему влажному тяжелому воздуху в дельте Миссисипи. Казалось, что пока человек спал, эта духота просто продавливала простыни. Надеюсь, у моего тела будет время приспособиться к новым природным условиям, прежде чем станет по-настоящему холодно.
Вдалеке легкие ватные облака окружали синевато-серые горы. Вершины словно «ковшиком» обрамляли долину, где размещался Гранди. Флора этого города состояла из сплошной зелени, иногда прерывавшейся яркими вспышками цветов или серыми порослями испанского мха. Было так много оттенков и текстур зеленого, лавандового и золотого, что мне приходилось щуриться, чтобы защитить глаза.
Солнце уже начинало садиться за горным хребтом, а мне хотелось связаться с Нейтом Гоганом до конца его рабочего дня. Мистер Гоган, единственный в городе юрист, оформлял мне аренду так называемого «дома Майерса». Я искренне надеялась, что название было случайным и не имело ничего общего с какой-нибудь связанной с Хэллоуином резней в моем новом доме.
Я проверила, надежно ли маленький трейлер, взятый напрокат, прицеплен к Люсиль — привычка, выработавшаяся за последние несколько дней — и снова забралась внутрь. В двадцать седьмой раз за день зазвонил сотовый. Сказав пару ласковых в адрес своего провайдера, активно понаставившего вышки сотовой связи по всей стране, я проверила номер абонента и сунула телефон обратно в сумочку. Я знала, что первый вечер в Гранди проведу, безжалостно стирая не прослушанные голосовые сообщения от матери. Поскольку убила на это вчерашний вечер. И позавчерашний тоже.
Мой марш-бросок через всю страну начался как каприз после разорванной помолвки. Я жаждала оказаться так далеко от родного города, как только возможно, не меняя гражданства. Меня всегда очаровывали широкие, дикие просторы Аляски. Серия кликов мышкой по счастливой случайности привела меня на поразительно скудный веб-сайт Гранди, который состоял из одной единственной странички, описывающей прекрасные пешеходные тропы, походы на охоту и рыбалку с опытными проводниками, «оживленную экономику» горстки местных владельцев магазинов. А под заголовком «Аренда жилья» показан дом Майерса. В пятьдесят шесть квадратных метров, он был намного меньше моей нынешней съемной квартиры: с одной спальней, гостиной, ванной и кухонькой. Но один взгляд на риэлтерское фото с открывающимся видом на лес с переднего крыльца — и я попалась на крючок. В течение недели я связалась по электронной почте с мистером Гоганом, уволилась с работы в «Гольфсайд Маркетинг» и расторгла свой арендный договор.