| Наблюдаемый эффект | Исследователи и количество респондентов | |||
|---|---|---|---|---|
| Artwohl A., Christensen L. | Klinger D. | Solomon R., Horn J. | Honig A., Roland J. | |
| 157 | 801 | 86 | 3482 | |
| Нарушение слуха, % | 85 | 82 | 51 | 51 |
| Туннельное зрение, % | 80 | 51 | 37 | 45 |
| Переход на автопилот, % | 743 | -4 | - | - |
| Сфокусированность на угрозе, % | 72 | 56 | 18 | 41 |
| Тахипсихия (замедление хода времени), % | 65 | 56 | 67 | 41 |
| Тахипсихия (ускорения хода времени), % | 16 | 23 | 15 | 20 |
| Временная потеря памяти, % | 51 | - | - | 22 |
| Временный ступор, % | 7 | - | - | - |
| Примечания: 1. При опросе привлечённых 80 полицейских было проанализировано 113 конкретных случаев применения огнестрельного оружия на поражение. 2. Опрос офицеров проводился по горячим следам, т. е. в период от 3 до 5 дней с момента применения огнестрельного оружия. 3. Сходную статистику возникновения эффекта автопилота приводит в своей работе Мюррей [42]. 4. Опросные листы во всех исследованиях различались, в связи с этим в сводной таблице стоит прочерк там, где подобный вопрос не задавался. Так, например, вопрос о действиях на автопилоте не был задан в ходе исследований Клингера, Соломона и Хонига. | ||||
Так, может, стоит использовать достижения современной медицины для того, чтобы воспрепятствовать работе заложенного в нас алгоритма защитных реакций? Например, с помощью медикаментозного вмешательства в функционирование эндокринной и симпатической нервной системы можно воздействовать на процессы выработки и восприятия адреналина, играющего одну из ключевых ролей в стрессовой мобилизации организма.
К сожалению, в критической ситуации от этого будет гораздо больше вреда, чем пользы. Достаточно ознакомиться с разделом «Меры предосторожности» в описании любого адреноблокатора[26]: «В период лечения препаратами этой группы необходимо отказаться от вождения автотранспорта и занятий потенциально опасными видами деятельности, требующими повышенной концентрации внимания и быстроты психомоторных реакций».
Необходимо помнить, что помимо нежелательных побочных эффектов механизм стрессовой мобилизации обеспечивает ряд важных, с точки зрения самообороны, психофизиологических изменений. Именно благодаря ему у человека, пусть даже на короткое время, обостряются реакции, увеличиваются силы, снимается эффект усталости, пропадает ощущение боли и снижается кровопотеря.
Заложенное в нас природой на случай опасности можно сравнить с сильнодействующим препаратом, имеющим ряд противопоказаний и внушительный список побочных эффектов. Очевидно, что в ряде случаев применение подобных лекарств неизбежно. Известно также и то, к чему приводит их бесконтрольный приём. Таким образом, так же, как и в ситуации с медицинскими препаратами, необходим не полный отказ, а жёсткий контроль над соблюдением дозировки.
Иными словами, как говорил Моше Даян[27]: «Лучше сдерживать жеребца, пытающегося сорваться в галоп, чем понукать быка, отказывающегося тронуться с места».
Однако прежде чем пытаться контролировать процесс стрессовой мобилизации организма, необходимо понять, как он запускается и чем регулируется интенсивность его протекания.
Результаты ряда исследований показывают, что оценка угрозы в мозге происходит по двум независимым каналам [43–46]. Раздражитель (образ, движение, звук) воспринимается органами чувств, информация от которых передаётся в таламус. Оттуда она перенаправляется на распознавание и анализ в соответствующие области коры головного мозга. Только после того как информация обработана, человек осознаёт, что именно он видит (или слышит). Если человек расценивает воспринимаемое как опасность, то соответствующий сигнал передаётся в особый отдел головного мозга — миндалевидное тело, которое запускает целый каскад гормональных реакций, мобилизующих организм для выполнения действий в режиме «беги или сражайся».
Необходимо учитывать, что чем больше воспринимаемая угроза, тем сильнее будет реакция организма. Очень важно понимать, что здесь идёт речь не об объективной опасности, а о том, как она расценивается мозгом.
