Буржуазная философия и социология, как правило, отрицают закономерный характер социальных революций, рассматривая их как «нарушение» исторического процесса, отклонение от «нормального» эволюционного пути движения общества. Некоторые буржуазные идеологи заявляют, подобно американскому профессору А. Шлезингеру, что революции вообще отжили свое время, ибо «современная наука дала правящему классу власть, которая делает массовые революции устаревшими» \ Однако жизнь опрокидывает подобные утверждения. Вслед за победой Великой Октябрьской социалистической революции, вслед за крушением фашистских империй во второй мировой войне прокатилась могучая волна социалистических и национально-освободительных революций. Мировой революционный процесс развертывается в наше время все шире. Не удивительно, что в современных условиях многие буржуазные политики и социологи пытаются обратить в свою пользу популярность идеи революции в массах. Они объявляют себя глашатаями многочисленных «революций» — «революции управляющих», «революции в доходах» и т. д., которые якобы изменили природу капитализма. На смену отрицанию революции приходят попытки исказить ее сущность, исключив из нее главное — ниспровержение исторически отжившего социального строя.
Вскрывая несостоятельность подобных концепций, исторический материализм позволяет научно определить сущность социальных революций, их роль в истории, закономерности их возникновения и развития.
1. Социальная революция как закономерность смены общественно-экономических формаций
Мы знаем, что в развитии общества имеют место как постепенные эволюционные изменения, так и скачки, происходящие
1 Цит. по кн.:
в различных сферах общественной жизни — в науке и технике, в средствах производства и связи, в мировоззрении людей и т. д., к наиболее значительным из которых применяется понятие «революция». Однако изменения, даже существенные, отдельных сторон общественной жизни, взятые сами по себе, еще не означают социальной революции. Социальная революция — это коренное изменение всего общественного строя.
