Я сидела на полу и перебирала кипу фотографий. Улыбающиеся люди смотрела на меня со старых, немного пожелтевших листов. Но на одну из них мне было больно смотреть. Воспоминания как ножом по сердцу резали только от одного мимолетного взгляда на такое родное лицо, которое я уже никогда не увижу.
========= Глава 1. ==========
11 часов. Платформа девять и три четверти. Холодный воздух обдувал лицо и трепал волосы. Расскажу немного о себе меня зовут Оливия Слизнорт. Я родилась в семье чистокровных магов — Гретты Эванс и Горация Слизнорта. Моя мать — красивая, статная женщина с темными волосами и ярко-зелеными глазами, была студенткой Гриффиндора. Не сказать, что она отличалась усердием в учебе и послушанием, но была любимицей многих преподавателей. Там она и познакомилась с моим отцом, который в то время преподавал зельеварение в Хогвартсе.
«Этот рыжий вихрь сразил меня сразу же» — так говорит мой отец о первой встрече с мамой. В общем, отношения у них заладились, а потом появилась я. Отцу пришлось покинуть пост преподавателя и посвятить себя семье. «Опять раскидал свои склянки! А если она их разобьет или выпьет!» — первые ссоры и конфликты. В общем, они продержались только 10 лет. Изначально, я испытывала грусть и злость из-за данного события, но чем старше я становилась, тем больше понимала их мотивы. Моя жизнь особо после этого не изменилась — я также помогала отцу в подготовке зелий и жила с матерью.
И вот сейчас, стоя на платформе, я вдыхала полной грудью воздух… Всегда поражалась, что один только вдох может много рассказать о месте. Например, вокзал — запах горючего, выхлопных газов в перемешку с парфюм, цветы, запах листвы, свежеиспеченных булочек и крепкого кофе, терпкий запах новых газет и…запах страха перед учебным годом, тревоги за детей, тоски и радости.…Самое интересное, что люди сами толком не замечают, что один только запах может выдать их с потрохами. Наивные. Но сейчас не об этом. Решив вынырнуть из собственных мыслей, я зашла в вагон. Надо же, уже 7 год, а каждый раз как первый. Я улыбнулась такому замечанию. Помню, как в 11 лет мама яростно оттирала грязь с моего лица и ругала «Где можно было вымазаться за 5 минут?» и никакие доводы того, что я пыталась всего лишь поймать письмо, отправленное какой-то сумбурной женщиной с носом дяди Стива, меня не спасли. Отец только с гордостью, умилением и легкой тоской наблюдал за этой картиной. Казалось, только вчера маленькая я сидела в экспресс поезде и с волшебным чувством ожидания ждала, когда же мы приедем; как села с опаской за стул и переживала, как бы шляпа не съела мои волосы и крик: «Гриффиндор!». Помню, как первый раз столкнулась с несправедливостью. Это было на уроке зельеварения. Какой садист ставит такие предметы в первый день?! Так вот, как я и упоминала — это был мой первый учебный день, и я не совсем ориентировалась в школе. Да что там не совсем, я вообще не понимала что и где! Еще и эти лестницы, живущие своей жизнью и по своему расписанию…ух. В общем, я опоздала на добрых 10 минут. Блуждая меж коридоров и коря себя за непутевость, я наконец-то нашла нужный мне кабинет. Темная резная дверь, будь у меня время и толика спокойствия, я бы восхищалась ее искусной работой и поинтересовалась, кто же мастер этого творения. Но не в этот момент. Подойдя к ней меня окутал страх.…Коснувшись кулаком холодной, слегка шершавой поверхности лакированной древесины я вздохнула, собрав все мужество в кулак, постучала и быстро юркнула в проход… все сразу обернулись, и по сочувствующим взглядам я поняла — меня ждет или линчевание или годовая отработка в саду у профессора Стебль. Спиной ко мне стоял ОН.
— Доброе утро, профессор… Прошу простить за опоздание, такого более не повториться. Могу ли я занять свое место? — промямлила я. Он повернулся.…И если до этого я в глубине души верила, что этот день закончится хорошо, сейчас надежда собрала последние вещички и улетучила в дальние дали. По его изогнутым бровям, металлическом взгляде и ухмылке я уже прочитала, что хорошим это все не закончится, но он решил добить.
-Мисс Слизнорт, Вам разве не говорили, в какое время начинаются занятия или в Вашей глупой голове информация не задерживается, и мне следует превратить ее в часы, чтобы Вы запомнили? Минус десять очков Гриффиндор. Надеюсь, парту Вы сможете найти самостоятельно или для подстраховки воспользуйтесь заклинанием поиска. Продолжим…- медленно отчеканил он. Холодные, стальные нотки голоса резали по сердцу. Будучи «душой сентиментальной» я восприняла это близко к сердцу. Удивительно, как один тон способен довести человека чуть ли не до нервного срыва и желания упасть в ноги и молить о пощаде. Он отвернулся, искусно взмахивая черной мантией, давая понять, что больше тратить время на меня не намерен.
