Утро Яны и Антона было не столь романтическим, как у их коллег. Скорее, производило жутко-комический эффект. На полу валялась нарезанная картошка, отварная курица, морковь и укроп. Лицо мужчины было жирным от бульона, ошпарено кипятком и искажено гримасой боли. Остальные части тела, вероятно, облили обычным кипятком. Мучения прекратили с помощью ножа. Жирно-кровавое пятно осталось на обивке стула.
– Убийца сварил суп? – удивленно спросил Антон.
– Возможно. Или просто подогрел, – откликнулась Яна.
– Повар, который обладает медицинскими знаниями. Отличный у нас преступник. Мастер на все руки.
– Может, суп был невкусный. Этого мы не узнаем, – с иронией заметила девушка.
– У тебя профессиональная деформация. Неуместный черный юмор.
– Прости, видимо защитная реакция. Уже четвёртое убийство, а мы ничего не можем сделать.
Жена Павла с грустью взглянула на Яну.
– Нет, я суп не готовила. Мой муж не любил вареную морковь.
– Почему вы обратили внимание на такие детали, – с подозрением спросила Яна.
– Не знаю, просто заметила и всё, – всхлипывая, сказала женщина.
– Соболезную, – промямлила сотрудница полиции.
А жена, вдруг, запричитала.
– Как же теперь мы с дочкой без него. Всё-таки муж и отец.
– Извините, пожалуйста, последний вопрос задам. Какие у вас были отношения с мужем?
Женщина вытерла рукой слёзы и ещё больше размазала потекшую тушь. Яна протянула ей влажную салфетку. Она достала зеркальце из сумки и убрала с глаз остатки косметики.
– Обычные отношения. Ругались, потом мирились, – немного успокоившись, ответила жена.
– Из-за чего ссорились?
– По разным причинам. У него был тяжёлый характер.
– Нет мыслей, почему убийца сварил суп и облил вашего мужа?
– Он любил, чтобы суп был горячим. Только такие подробности вряд ли знал кто-то, кроме меня.
– У него могла быть любовница?
– Я ничего такого не замечала.
В комнату вошёл Антон.
– Убийца физически сильная женщина. Ну, какой бы мужик стал варить суп.
– Эта женщина очень плохо готовит. Курица полусырая, – сказала жена жертвы.
– Да? Как вы трепетно относитесь к кулинарии, а я не заметила, – произнесла Яна. – Спасибо вам за информацию. Вас вызовет следователь в ближайшее время.
Оперативники попрощались.
– Антон, она очень внимательно рассмотрела место преступления. Заметила недоваренную курица, морковь, которую не любит её муж. Она же должна была в шоке находиться от увиденного. Муж убит с особой жестокостью, а она подмечает детали.
– Согласен. Подозрительно. Хотя почему ты можешь позволить себе психологическую защиту в виде черного юмора, а она не может переключиться с изуродованного тела своего супруга на разлитый суп.
– Возможно, ты и прав. Спросить у нашего психолога, что ли?
– Она нам чёткий портрет убийцы не может составить, а ты ещё к ней обращаться хочешь.
– А ты прям понимаешь кто он? Мы даже из-за пола постоянно спорим.
– Я тебе больше скажу, мы типаж жертвы определить не можем. Некоторые мужчины богаты, некоторые со средним доходом. Возраст разный, семейное положение тоже.
– Как там делаю детективы в фильмах? Наклеим фотки на доску и проследим связи.
– Нужна очень большая доска. Много фигурантов.
– Шутки шутками, но если мы в ближайшее время не придумаем ничего, то список жертв пополнится.
– Помнишь, у нас дело было два года назад, ещё маньяк на год залёг на дно. А потом обострение.
– Он был психически болен. А здесь мотив неизвестен.
Новоиспечённая парочка приехала в участок, и каждый отправился по своим делам.
Судмедэксперт зашёл в морг, там его уже поджидал труп Павла Васильева и укоризненно смотрящий практикант. Молодой парень отчитался в проделанной работе. Андрей кивнул и приступил к вскрытию. «Хорошо хоть есть алиби и меня не отстранили»– думал судмедэксперт, орудуя скальпелем.
Практикант записывал заключение под диктовку и его осуждающий взгляд сменился заинтересованностью.
В морг вошла Яна. Рудов обиженно посмотрел на неё.
– Удалось уточнить время: убийство произошло с двенадцати до часа ночи. Причина смерти колото-резанное в сердце. На ногах жертвы прижизненные ожоги: красные кожаные покровы, покрытые уродливыми жёлтыми пузырями. Больше ничего особенного не нашёл.
– Хорошо. Спасибо.
–Меня подозревали? – неожиданно спросил Андрей.
– Да, извините.
– Ну, конечно, кто ещё, если не работник морга!
– У вас просто алиби не было до вчерашнего вечера.
– А откуда ему взяться у одинокого алкаша?
– Зачем вы так?
– Ладно, забыли. Письменное заключение заберете завтра у недовольного мной практиканта.
Парень смутился.
– Подумаешь опоздал один раз немного, – ворчал себе под нос Андрей. – Конец света прям наступил. Всё равно никаких улик не нашёл. А Павлу Васильеву то что! Ему уже всё равно. Я выбрал работу с турпами, так как недостаточно ответственен, чтобы быть хирургом, а они меня ещё и здесь осуждают.
