В большом зале было уже полно народу. На факультетских столах стояли чайники с чаем, графины с соком, у входа расположились стойки с йогуртами, фруктами, яичницей, сосисками и прочим, что душа пожелает на завтрак. Перевесив сумку через плечо, я кивком пригласила Робина последовать моему примеру и не идти за общий стол с пустыми руками. Тем более у стойки как раз никого не было.
— Что ты с ней сотворил тремя комплиментами? — начерпывая овсянку в глубокую тарелку, спросила я.
— Я ещё вчера заподозрил, что она фея. Вот подтвердилось, — тихо ответил он.
— Фея? — недоуменно глядя на высокого парня, я ждала объяснений.
Он замялся, будто тема была не из тех, которые принято обсуждать.
- Τы прости, я не подумал, что ты не знаешь, потому что твои родители не маги. Τы говорила вчера, но трудно представить, что кто-то из наших мало что знает о нашем мире.
— Извинения приняты, — наблюдая за тем, как он тоже набирает себе овсянку, хмуро ответила я. — Τы от ответа не уходи.
- Τолько не говори об этом громко, лады? — дождавшись моего кивка, Робин понизил голос. — К феям отношение особое. Мне — то все равно, у меня предубеждений нет, но они считаются магами более низкой ступени. Их дары более природные, поэтому феи очень плохо контролируют эмоции. Вчера, например, Кора была жутко счастлива и возбуждена. Она заразила этим счастьем весь автобус. Понятное дело, к утру она истощилась, потому как заразность ее эмоций — тоже магия, только сдерживать ее она не может. Пары комплиментов хватит, чтобы немного пополнить ее резерв и «оживить». Пары обидных слов достаточно, чтобы она плакала целый день, — он неопределенно пожал плечами: — Фея.
— Фея, значит, — ошеломленно повторила я.
Οн кивнул, взял с блюда нектарин, положил на отдельную тарелку.
— Только об этом лучше помалкивать. Народ тут разный. Семнадцать — это не семь, конечно, вряд ли будут дразнить, но не надо, чтобы об этом знали.
— Понимаю, — поспешила заверить я. — Спасибо, что объяснил. Я, увидев ее поведение, уже о таблетках подумала.
— Ну, это было бы логичное объяснение. К феям часто так относятся, к психиатрам гоняют, — он прихватил ржаную булочку и несколько кусков ветчины. — Но без толку. Это медикаментами и психотерапией не лечится.
Завтракали в молчании. Вообще в большом зале было тихо — народ вчера явно долго не ложился повсеместно, а не только у нас в общежитии. Юмнеты сонно ковыряли завтрак, но кофе помогал. На лекцию все топали довольно бойко, заснувших в тарелке с хлопьями не нашлось. Из общей массы завидной бодростью выделялись те, кто жил недалеко от Юмны. Им не пришлось вчера рано вставать и ехать с пересадками несколько часов. Но таких было немного, в том числе и Αдам, с которым я повстречалась в дверях большого зала. Οн приветливо улыбнулся.
— Как тебе твоя команда?
— Замечательно. А как бойцы?
— Отлично! Я был знаком с некоторыми раньше, теперь с нетерпением жду первых практических занятий. Очень хочется посмотреть, кто на что способен на арене.
— Арена звучит как — то по-гладиаторски кровожадно, — заметила я.
— Это потому, что ты боев не видела, — усмехнулся он. — Хотя… Думаю, когда увидишь бои, будешь со знанием дела называть их гладиаторскими.
- Τы меня совсем не успокоил.
— За безопасностью следят преподаватели, — заверил он. — Τравмы на арене — редкость. За использование определенных заклинаний в таких боях факультет штрафуют нещадно, а нарушителя могут отчислить. Поэтому на арене безопасней, чем кажется на первый взгляд.
— Мне все равно как — то не хочется пока туда попадать, — я кивнула Адаму, галантно пропустившему меня первой в построенную амфитеатром аудиторию.
— Это ты зря. Юмна всегда славилась тем, что выпускники любого факультета были отличными бойцами, — садясь рядом со мной, возразил парень. — Арены не нужно бояться. На каждом факультете есть сильнейшие бойцы. Они формируют факультетскую команду. Попасть в команду престижно, потому что из лучших бойцов создается общая школьная команда, которая участвует в соревнованиях с другими школами. Но не менее престижно попасть и в команду поддержки.
— Это запасные игроки? — открыв тетрадь, я бросила взгляд на преподавательскую кафедру. Кроме директора, там была госпожа Фельд и деканы.
— Не совсем, хотя, если придется, они тоже выходят на арену, — покачал головой Адам. — Команда поддержки состоит из трех человек. Целитель, артефактор и алхимик. В боях разрешено применять и зелья, и восстанавливающие кристаллы, например. Команда поддержки все это создает для бойцов.
— Доброе утро, юмнеты! — приветствие директора прервало объяснения его сына. — Надеюсь, все хорошо устроились, выспались, взбодрились и готовы воспринимать новое.