- Поэтому ты решил «исправить» положение вчера, ага, - хмуро бросил Робин.
Свен будто не услышал.
- Мне, это, жаль. Я наговорил… Прости. Правда, прости. Я сорвался, а не должен был, - он протянул мне конверт с логотипом местного кафе. - Мы с Тобиасом вину загладить хотим, вот. Возьми, пожалуйста, и прости.
- Смотрю, разговор с директором пошел вам обоим на пользу, – мрачно подытожила я сбивчивую оправдательную речь. Не принимать извинения было как-то неправильно, это только обострило бы и без того неприятную ситуацию. Поэтому я взяла конверт, из которого выглядывала пестрая скидочная карта, и уточнила:
- Я пока не простила. Вы оба на испытательном сроке.
Свен кивнул, Тобиас пробормотал извинения и сказал, что понимает. Ну и то ладно. Бойцы ушли, Робин долго смотрел им вслед. Взгляд был настороженным и неприязненным, но Робин считал правильным то, что я взяла конверт и предпочла приглушить конфликт. Проскользнувшее подозрение, что сумма на карточке будет мелкой подачкой, не подтвердилось.
- Не думал, что директор вставит им мозги на место, - хмыкнул Робин.
- Деканы, кроме декана бойцов, явно за тебя. Многие преподаватели тоже. И этих многих с каждым днем все больше, Робин. Ты же слышал магистра Донарта. Возможно, что директор хочет избежать напряженности с коллегами, хотя мне хочется верить, он понимает, насколько ошибался в тебе раньше.
- Хотелось бы и мне верить, - вздохнул он и предложил налить кофе.
Я запрятала подарочную карточку в сумку и случайно встретилась взглядом с Адамом. Он легко улыбнулся, и в этот миг мне стало совершенно ясно, что Свен с Тобиасом извинились исключительно из-за влияния младшего Йонтаха, а не старшего. Я просто это знала. Надеюсь, Адам не разочарует меня так же, как его отец.
Всего через несчастных полчаса мир рухнул.
Какой-то хищник ночью перерезал всех рыжих кроликов, принадлежавших бойцовскому факультету. По слухам, мгновенно распространившимся по школе, весь загончик был в крови, а на дверях и стенах остались следы когтей.
Лекцию по артефакторике заменили философией, видимо, чтобы преподаватели-маги могли осмотреть место происшествия. Робин сидел рядом, явно нервничал и сильно.
- Откуда под куполом на морском дне взяться дикому животному? - задала я шепотом закономерный вопрос.
Робин не ответил. Даже не шелохнулся. Будто замер в ступоре, погруженный в свои мысли. Вряд ли он слушал учителя. Хотя, учитывая произошедшее, лектора вообще мало кто слушал. Юмнеты перешептывались, обменивались записками, но старались делать это незаметно. Пара бумажек попала и ко мне в руки, но предположения о морских червях, мутировавших из-за высокого магического фона, казались бредовыми.
Звонка я ждала с большим нетерпением, но еще больше надеялась, что директор зайдет в аудиторию до перемены и объяснит, что случилось с кроликами.
- Мне нужно с тобой обсудить кое-что важное, - тихо, но твердо сказал Робин.
Вид у него при этом был такой, будто потребовалась вся лекция, чтобы принять решение.
- Конечно, сразу после звонка?
Робин кивнул, а я хотела подбодрить и положила руку ему на запястье. Тут не нужно было обладать даром ясновидения, чтобы понять, насколько парень взволнован. Я чувствовала быстрый пульс, не меньше сотни ударов в минуту. Кажется, разговор будет очень и очень сложным.
ΓЛАВΑ 19
Директор пришел к концу лекции, но не для того, чтобы рассказать достоверные новости.
- Юмнеты, в связи с событиями сегодняшнего утра в учебной программе будут некоторые перестановки. Урок целительства сейчас отменяется, артефакторов вместе с бойцами ждет магистр Торнвальд на занятии по алхимии. Урок артефакторики тоже отменяется, а алхимики и целители займутся сообща боевой магией.
Я вздохнула с облегчением. Даже трудно было представить, что пришлось бы выдерживать два часа магистра Φойербаха!
- Перемены достаточно большие, чтобы вы успели взять необходимые учебники и тетради в общежитиях, – директор выглядел уверенным, просто олицетворение безопасности.
Может, магистры уже поймали того хищника, а теперь нужно заняться бумагами?
Я собрала ручки, положила в сумку и заметила, что Робин напряженно поглядывает в сторону директора.
- Пожалуйста, что бы тебе ни говорили, - прошептал парень, наклонившись ко мне. - Я ничего не делал плохого. Пожалуйста, верь мне.
Я встретилась с ним взглядом, и меня захлестнуло отчаянием Робина. Отчаянием, горечью и страхом потери. Сердце пропустило удар, на глаза навернулись слезы.
- Я верю тебе, Робин. Верю. Я знаю, что ты ничего плохого не делал. Ты думаешь, тебя почему-то подозревают?
- Я уверен, что меня обвинят, Лина.
- Из-за вчерашней ссоры с бойцами?
- Αга, из-за этого тоже.
Кора, сидевшая ближе к середине ряда, похлопала меня по спине:
- Лина, ну давай. Перемена же не вечная. Опаздывать на алхимию не хочется.
Я встала, Робин тоже засуетился, и через минуту мы уже шли по коридору к нашему общежитию. Быстро поменяв учебники и тетрадь, я выскочила из комнаты, справа закрылась дверь – Луиза вышла из своей келии, на ходу застегивая сумку.
