Дэви очнулся лишь когда ему дали понюхать нашатырный спирт. Он уставился на медсестру, не понимая, что происходит. А потом огляделся вокруг.
Лучше бы он этого не делал.
Кровь, бледное тело Чарли и Рен, которого уводили полицейские. Дэви резко подскочил на ноги и помчался к парню, но его остановили другие полицейские.
- Что произошло? Зачем вы его уводите? - закричал подросток.
- Он обвиняется в убийстве Чарли Митч, вы знаете его?
Ноги Дэви в миг стали ватными, он не верил в слова копа. Гребаная Хлоя подставила его!
- Да, он мой друг. И я клянусь, что он не мог убить Чарли, он любил её больше жизни. Здесь его ребёнок, ему нельзя в тюрьму!
- Значит вы утверждаете, что это не он пырнул её ножом, а потом свернул шею? - спрашивает коп.
- Естественно нет! Вы с ума сошли?
- Думаю, вам следует проехать с нами в участок. Вы дадите показания...
- Никуда я с вами не поеду. И вообще, отпустите меня. Мне нужно позвонить.
Дэви вырвался из крепкой хватки полицейских. Он еле сдерживал свою агрессию, и если бы не отошёл в сторону, то давно уже поджёг этих ублюдков.
Его руки тряслись, как у алкоголика со стажем. Он не мог набрать номер Купера пару секунд. Настолько был в шоке.
Купер ответил сразу, не подозревая о том, какой ужас он сейчас услышит.
* * *
- Почему они нас оставили в лаборатории? Это же несправедливо! - протестовала Николь, встав со стула.
- Успокойся, я не хочу, чтобы ты в порыве эмоций меня задушила, - ответил спокойно Калеб.
- Очень смешно! Черт, я знаю Купера, он непонятно когда приедет за нами, а я уже есть хочу.
- Можем пойти куда-нибудь и перекусить, если ты не можешь терпеть.
Поведение девушки раздражало Калеба. Их всего-навсего оставили на час в лаборатории, ведь в машине не было места, а она уже устроила скандал, как будто их заперли на пару суток.
- Нет, пожалуй я подожду.
Она села на стул и скрестила руки на груди. Ей уже безумно хотелось домой, отдохнуть и просто забыть то, что недавно произошло. А её оставили сидеть с незнакомым парнем, которому она не доверяет. Хотя, она мало кому доверяет.
Поэтому у неё и нет друзей.
- Может, пока познакомимся нормально? Делать всё равно нечего, - предложил Калеб.
- Ладно. Меня зовут Николь Райс, мне пятнадцать и меня ненавидят одноклассники.
- Почему же?
- Я для них слишком странная и правильная. Они во всю устраивают вечеринки, напиваются, занимаются сексом, а я противник таких развлечений.
- Мне в твоём возрасте это тоже не нравилось и меня тоже унижали, - сказал Калеб, вспоминая свой подростковый возраст.
- А тебе сколько лет?
Калеб хмыкнул, почему-то этот вопрос показался ему смешным, хотя на самом деле в нём ничего не было странного.
- Мне двадцать четыре.
- А я думала, что больше.
Парень засмеялся, а Ника лишь слегка улыбнулась, внимательно рассматривая Калеба.
- Знаешь, а я был бы не против такой силы в пятнадцать лет. Ты же теперь можешь никого не бояться, и тебя не будут унижать.
- Я и так не боюсь, - ответила Николь.
- Ты хочешь показывать себя героем, который ничего не боится. Но у всех нас есть страхи. Расскажи мне о них.
- Я знаю, но не желаю делиться своими фобиями. Понимаешь, у тех идиотов кишка тонка сделать что-то серьёзное. То, что они меня побили - это мелочи, синяки заживут. Так что бояться нечего.
- Ты точно странная, Николь Райс. Чем-то ты на брата похожа, вы оба не от мира сего.
Николь наконец-то засмеялась. Она уже расслабилась, и неловкость куда-то ушла.
- Да, мы с ним очень похожи. Он научил меня быть такой.
Парень усмехнулся, вспомнив свою сестру.
- У тебя есть друзья? - спросил он.
- Нет. Я раньше дружила с одной девушкой, но она связалась не с той компаний, и её как будто подменили. Естественно, я тогда тоже попала под влияние... в общем, мерзко вспоминать.
- Ты можешь рассказать, я готов выслушать. Не зря же я психолог.
Ника снова смеётся и понимает, что хочет рассказать буквально всё этому человеку.
- Она тогда начала встречаться с парнем. Он был ещё тем ублюдком. Типо весь крутой и пафосный, родители богатые, связей много и всё такое. В общем, подруга потеряла голову и поддалась соблазну. Она была не из богатой семьи, в отличие от меня, поэтому тот ублюдок легко затащил её в постель. Я тогда была с его друзьями на первом этаже дома. Мы пили, курили, смеялись с тупых шуток. Мне это даже нравилось. А потом... - она неожиданно прервала рассказ, опустив голову вниз.
- Что потом, Ника?
- Потом была жесть. Алкоголь вперемешку с каким-то дерьмом, наверное наркотики, ударил в голову всем в комнате. Ко мне приставал парень, я как сейчас помню его похотливый взгляд и... мерзкую улыбку. Я всё рассказала Куперу, он взбесился так, что чуть не избил того парня. А я попала под домашний арест за то, что пила и курила. После этого я даже не притронулась к этому дерьму.
- Это ужасно. И правильно, что ты отказалась от этого, ведь в таких развлечениях нет ничего хорошего. Тем более в подростковом возрасте, - сказал Калеб, и Ника полностью с ним согласилась.
