Там была одна красная и одна зеленая точка, затем появились две красные точки и одна зеленая, а затем они снова сменились на красную и зеленую. Красная точка мерцала и была попеременно то в фокусе, то нет: одна точка, две точки, одна, две. Нелли как будто не могла понять, как их посчитать. Билли все смотрел и смотрел, пока наконец около трех утра на карте не застыли две статичные точки: одна красная, другая зеленая.
Он понаблюдал еще минут пятнадцать, но точки не менялись.
Девочки в безопасности.
Пока что.
Билли снова перевел взгляд на ноутбук. Он просмотрел весь код от начала до конца, но не нашел никаких признаков переключателя мертвеца. Там, откуда Билли выковырял вирус, не осталось даже следа Такаты. Программа была похожа на замерзшее озеро, покрытое снегом: невозможно догадаться, что находится под ним. И все же, если приглядеться, можно было увидеть, что это уже не та Нелли, что он создал. Она быстро самопереписывалась, и Билли не успевал разобрать ее на составляющие. Эта фраза – дух в машине – подходила как нельзя лучше, потому что именно этим Билли и занимался: он пытался поймать привидение. Что бы Нелли с собой ни сделала, он не питал особых надежд на то, что ему удастся ее вычистить. Лучше всего было бы уничтожить все – если у них получится – и начать все сначала.
Боже. При мысли об этом ему захотелось выпить.
Вода. Он выпьет воды.
Билли встал и повернулся лицом к стене. Панель отъехала в сторону, и за ней показался холодильник. Он открыл его и взял бутылку воды.
Небольшая панель рядом с холодильником, за которой прятался бар, тоже открылась.
ТЫ МОГ БЫ ВЫПИТЬ, БИЛЛИ.
– Нет. Спасибо. Я в норме.
ТЫ ЭТО ЗАСЛУЖИЛ, БИЛЛИ.
Нелли говорила… иначе. Это был не ее обычный голос и не тот, другой: они оба слились воедино. Билли поискал зеленую светящуюся точку, чтобы обратиться непосредственно к ней, но она больше не издавала мягкое свечение травяного цвета. Точка была темной и пронзительно синей.
– Я не хочу пить, Нелли. Я не пью. И тебе об этом известно.
Билли потянулся к жетону в кармане, но затем вспомнил, что потерял и его тоже. Вдруг он почувствовал, как ожил шрам на руке. Он почесался и надавил на него. Внутри есть что-то твердое? Он мог поклясться, что что-то пошевелилось.
ВЫПЕЙ.
– Нет. Я…
Билли взглянул на бутылки в шкафчике. В нем было две полки, и на них рядком стояла пара дюжин бутылок. Впереди находилась на четверть полная бутылка рома, но остальные… остальные были пусты. Билли отодвинул ром в сторону, чтобы взглянуть на бутылки, стоявшие за ним. Он проверил вторую полку, каждый ровный ряд. Пусто, пусто, пусто.
Он что, действительно выпил их? Но он ничего не помнил. Когда он это сделал?
– Закрой, Нелли, ладно?
Панель закрылась.
Ты устал, Билли. Тебе лучше лечь спать, Билли. Спокойной ночи, Билли.
«Да. Да, – подумал он, – спокойной ночи». Боже, он так устал. Ему нужно поспать. Сегодня он уже ничего не сможет сделать.
– Спокойной ночи, Нелли.
Билли вышел из кабинета, переместился в спальню и лег спать. Снова вернулась светящаяся точка мягкого травяного оттенка, она последовала за ним по коридору в спальню, зависла у стены позади него, пока он чистил зубы, а затем растаяла, став почти незаметной на стене возле кровати. Она оставалась там, расположившись над ним, неся дозор, пока он спит.
Но Нелли присутствовала не только у него в комнате. Она была рядом с Шоном. И Венди. И рядом с Бет и Ротко.
И в комнате Рут и Роуз.
Взрослые старались быть как можно бодрее, но ничто не могло сравниться с энтузиазмом семилетних девочек в рождественское утро. Или с невоспитанностью голдендудля: утро Расти начал с того, что стянул булочку с корицей с тарелки Билли. Казалось, даже Нелли испытывала воодушевление из-за того, что наступило Рождество. Утром она разбудила всех по-настоящему жизнерадостно. Эмили посчитала, что Билли немного не в себе, но вчера, когда все легли спать, он снова вернулся в кабинет, чтобы поработать, и лег в очень поздний час. Но по крайней мере, она была уверена, что он не пил.
Булочки с корицей получились великолепно, и это обрадовало Эмили. Она приготовила их заранее и заморозила, так что оставалось только закинуть их в духовку, разогреть и покрыть глазурью. Может, Эмили и не любила готовить так сильно, как Бет, но ей все-таки удалось добиться в этом хоть какого-то мастерства. К тому же стоило признать, что ей помогали подсказки Нелли. Временами она пугала ее до чертиков, но иногда Эмили начинала понимать, почему Шон и Билли так восхищаются ей.
Ротко был доволен скотчем, который получил в подарок, а Бет и Венди понравились их шарфы.
Шон разорвал упаковку с футболкой и широко улыбнулся.
– Шикарно! – он поднял винтажную футболку с Guns N’ Roses повыше, чтобы все могли ее разглядеть. – Что смешного? – спросил он Венди.
Не прекращая смеяться, она подняла коробку и передала ее ему. Шон отложил футболку, сорвал с коробки упаковочную бумагу и снял крышку: на бумаге покоилась виниловая пластинка с Appetite for Destruction[80] Guns N’ Roses. Он взял ее в руки и перевернул.
