— Зачем вам их искать? — поджала Зинаида губы. — Дурные они люди. Это как же надо ухаживать за хозяевами, чтобы хозяин помер, а хозяйка на себя руки наложила? Преступные, я вам скажу, особы, попадете с ними в нехорошую историю.
Внизу заверещал домофон.
— Наверняка Павлина Кузьмина пришла, — вздохнула Александра. — Между прочим, она у нас сегодня ночует благодаря твоему невоздержанному языку, — уколола она домработницу.
— Могли бы и отказать ей, — буркнула Зинаида и пошла открывать гостье.
У калитки действительно была Павлина Кузьмина. Она нетерпеливо расхаживала вдоль своего бледно-розового «Лексуса».
Завидев вышедшую во двор домработницу, Павлина раздраженно потребовала:
— Открывай ворота! Долго я должна ждать? — И села в машину.
Зинаида нарочито медленно поплелась к воротам, специально действуя назойливой гостье на нервы.
Едва ворота распахнулись, как Павлина газанула, пронеслась мимо ошеломленной Зинаиды и остановилась рядом с «Ягуаром» Марфы Байзюк.
— Не двор, а автостоянка, — ворчала Зинаида, закрывая ворота. — Пора плату брать.
— Давно бы ворота починили и пультом открывали, — презрительно скривилась Павлина. — А то ходите, как Агафья-ключница в старину, с ключами.
— Нам и так нормально, — огрызнулась Зинаида. — У нас машины нет.
— А это что? — кивнула Павлина на «Ягуар».
— Это не наша, — нахмурилась домработница. — Проходите уже в дом.
Злобно запыхтев, Павлина подбоченилась.
— Я такую грубиянку, как ты, давно бы выгнала. Как только Александра тебя терпит!
— Вас забыли спросить, — огрызнулась Зинаида. — А вот я бы на месте хозяйки не стала бы вас привечать, — съязвила она.
Женщины наговорили друг дружке немало «приятного», пока зашли в дом, но при виде Александры мгновенно замолчали, будто в рот воды набрали.
Зинаида проводила гостью в приготовленную спальню на второй этаж. Увидев скудную обстановку, Павлина презрительно фыркнула:
— Надо же, какое убожество! Будто в свою хрущевку в восьмидесятые вернулась.
Зинаида злорадно хихикнула.
— У вас еще есть возможность отказаться, если не нравится.
Но Павлина, одарив ее презрительным взглядом, подошла к окну. И, пристально уставившись на улицу, задумчиво спросила:
— Ты мне лучше скажи, есть здесь привидения или нет?
Пожав плечами, Зинаида неохотно пробурчала:
— Я не видала. А хозяйка говорит, нет здесь никаких привидений.
— Да ладно! — недоверчиво усмехнулась Павлина. — Вы ведь ночами дрыхнете без задних ног, вам не до привидений.
Зинаида не успела ей ответить, дверь скрипнула, и на пороге появилась Александра.
— Как устроились? Нравится?
Павлина неопределенно хмыкнула.
— Да ничего, вроде как в прошлый век вернулась. Обстановочка как во времена моего тяжелого детства, и так же нафталином воняет. Я себе представляла этот особняк несколько иначе. Может быть, есть другие комнаты для гостей?
Александра усмехнулась.
— А что вам не нравится?
Вспыхнув, Павлина завелась:
— В этой комнатке все такое обыденное, убогое. Сюда если привидение и забредет, то сдохнет от скуки. Есть, конечно, сентиментальные дамочки, любящие вспомнить голоногое детство, но я не из их числа, я люблю настоящую старину и понимаю в этом толк, не то что некоторые, — пренебрежительно выпятила она губы. — Так что мне этот дешевый развод ни к чему.
Александра улыбнулась.
— К сожалению, ничего другого я вам предложить не могу. Если вы хотите переночевать в этом доме, то я могу предложить только эту комнату.
— Неужели нет ничего лучшего? — скривилась Павлина. — Где экстрим? Где адреналин? Я хочу переночевать там, где повесилась жена артиста.
— Не думаю, что там вам понравится больше, — хмыкнула Александра.
— Это почему? — вызывающе подбоченилась Павлина, выставляя напоказ пряжку лакированного ремня, усыпанную огромными стразами.
— Потому что на захламленном чердаке спать негде, разве только на полу. И предупреждаю, там очень холодно.
Фыркнув, Павлина сердито подхватила с пола спортивную сумку и, швырнув ее на стул, рванула молнию. Выложив вещи на кровать, она с укором уставилась на Александру.
Как ни странно, Александра почему-то почувствовала себя виноватой.
— Не переживайте, Павлина, может быть, какой-нибудь призрак и появится. И будет вам экстрим и адреналин.
Павлина вдруг рассмеялась.
— Пропадать так пропадать, один раз живем! Зато будет что вспомнить. Кстати, чтобы здесь не было так страшно, я вам завтра, если вы не возражаете, своего охранника Костю привезу. Все-таки две одинокие женщины в доме без охраны…
Настали девяностые, произошли огромные изменения в стране.
Даже в воздухе носилось что-то новое, тревожное, будоражащее. По центральным улицам ходили разношерстные колонны возбужденно галдящих людей с транспарантами разного толка. Одни желали вернуть царя, другие просили свободу, третьим нужна была демократия, четвертым — бесплатное пиво, пятым — легализация проституции… Объединяло всех одно — требование отставки действующего правительства.
Все это напоминало Наденьке дешевый опереточный карнавал.
