— Кто еще это мог быть? Не Жасмин же захотелось взять кассету на память. — Мелани нервно захихикала, дрожа всем телом. — Но как Хирург смог сюда проникнуть? У него же на лице написано, что он бандит. Охранник на входе не пропустил бы его даже с закрытыми глазами. А само здание плотно закупорено: ни одного открытого окна, все наружные двери на сигнализации.
— Да, в самом деле странно, — согласился Дэн.
— И к тому же откуда ему знать, где я? Наверняка кто-то из своих настучал!
— Кто, охранник? — с сомнением поинтересовался Дэн. — Это серьезное обвинение. Вряд ли охранник пойдет на такое. Спать на посту — это одно, а спутаться с бандитами — совсем другое.
— Но тогда как? Объясни мне!
— Не знаю. Вот поймаем твоего злоумышленника, тогда и спросим у него, как он сюда попал. Может, это в самом деле был Хирург. И возможно, он все еще здесь. Мне нужно проверить остальные этажи.
— Я с тобой. Одна я здесь не останусь, — заявила Мелани.
— Конечно, не останешься. Тебе вообще не стоило идти сюда в одиночку. Мы ведем серьезное дело, и нам надо быть осторожнее. Подожди меня в машине. Я бы не хотел подставлять тебя под пули, если мне и правда удастся найти этого парня.
При других обстоятельствах она бы не согласилась ждать в машине, но сейчас Мелани была слишком потрясена. Когда она с такой настойчивостью напрашивалась на расследование убийства Бенсона, ей и в голову не приходило, что она сама окажется на мушке.
В кухне на своем высоком стульчике сидела Майя — рот до ушей, лицо измазано зеленой кашицей.
— Ты еще не спишь? Мамочка так по тебе соскучилась! — закричала Мелани, бросаясь к дочке и сжимая ее в объятиях.
Майя взирала с олимпийским спокойствием, словно ей принадлежал весь мир. Однако Мелани не могла забыть, что где-то на свободе разгуливает Хирург. Дэн проверил все здание прокуратуры сверху донизу, но никого не обнаружил.
— Мел, я и без тебя не могу ее накормить, а теперь еще ты влезла, — предупредила Линда. Она стояла на расстоянии вытянутой руки от Майи, чтобы не запачкаться. Словно по подсказке, Майя выплюнула струйку горохового пюре.
— Mi'ja,[16] я же тебе сказала, это «Версаче»! — Браслеты на руках Линды звякнули, когда она увернулась от ядовито-зеленой струи, едва не заляпавшей блузку. Короткая блузка выставляла на обозрение пупок, где красовался пирсинге рубином, и большую бабочку, вытатуированную на пояснице. Шею Линды плотно охватывало ожерелье, в котором бриллианты складывались в слова «BORICUA CHICA».[17] Мелани завидовала манере Линды одеваться: сестра выглядела как сногсшибательная пуэрто-риканская красавица. Иногда Мелани хотелось быть такой же неотразимой компанейской девчонкой, но она не любила тусовки.
— Я ужасно рада видеть дочку, однако почему она до сих пор не спит? Уже одиннадцатый час! И почему ты кормишь ее так поздно? — спросила Мелани.
— «Я очень задержалась, сестренка. Muchas gracias,[18] что посидела с малышкой», — передразнила Линда.
Мелани уловила запашок и склонилась к дочке.
— И памперс у нее грязный! — возмутилась Мелани.
— Это вместо спасибо? Вот и делай тебе одолжения! Ты посмотри, который час! Я опаздываю на свидание с Альберто, а от тебя никакой благодарности не дождешься!
— С каким Альберто? Который Фил Педофил?
— Хм, а что, я его так обзывала?
— Да ему же под шестьдесят!
— Мне нравятся зрелые мужчины.
— С каких это пор?
— С тех самых, как он пообещал помочь с моим шоу. Подумай только, мое собственное шоу, где я буду давать советы, как стать красивой и как заводить романы с мужчинами. Я назову передачу «Muy Linda», что по-испански значит «Настоящая красавица».
— Спасибо, испанский я и сама знаю.
— Какая ты сегодня вредная, ужас.
— Извини. Ты меня выручила, и я тебе в самом деле очень благодарна, просто… на меня в последнее время столько всего навалилось…
— Иди ко мне, chica, — сказала Линда, раскрывая объятия.
Мелани подошла и положила голову на плечо сестры, уткнувшись в ее надушенные темные волосы. Линда похлопала Мелани по спине:
— Бедняжка! И кто бы мог подумать, что тебе понадобится моя помощь? Когда-то все было совсем наоборот, а?
С самого детства Линда играла роль очаровательной общительной хулиганки, а Мелани — скромной тихой умницы.
Мелани вырвалась из объятий сестры.
— Совсем нельзя обойтись без шпилек, да?
— Какие еще шпильки? Мне приятно чувствовать, что я тебе нужна. Но ты и правда выглядишь расстроенной. Что случилось?
Мелани рассказала сестре о событиях в архиве.
— О Господи! — воскликнула Линда. — Тебя могли убить!
— Еще как! Агент ФБР, с которым я работаю, тоже так полагает.
Они замолчали, обдумывая происшествие.
— Ну и кто он? — спросила Линда после паузы.
— Кто, убийца?
— Да нет, агент ФБР. Это с ним ты заработалась допоздна?
— Линда!
— Ага, покраснела! Значит, я угадала: у вас и в самом деле что-то было! Вот это интуиция!
— Ты в состоянии хоть иногда говорить серьезно?
— А я серьезно. Что может быть серьезнее, чем задержаться на работе с красавцем агентом?
— Кто сказал, что он красавец?
— А разве нет?
