Новый том серии "Энциклопедия преступлений и катастроф" посвящен особо опасным преступникам. В книге собраны сотни навевающих ужас фактов из истории криминалистики всех времен и народов.
Пожалуй, больше всего вопрос этот волнует психологов и писателей. Теорий на этот счет хватает. Но если обобщить их, то окажется, что они делятся на несколько основных групп.
Итак, что же делает человека разумного человеком убивающим?
Самым знаменитым приверженцем этой теории был итальянский судебный психиатр и антрополог Чезаре Ломброзо (1835—1909).
Известность ему принесла вышедшая в 1879 году книга «Преступный человек». В 1876 году, предприняв обширные исследования строения черепов преступников, содержавшихся в тюрьмах и психиатрических клиниках, Ломброзо пришел к выводу, что все они (черепа) имеют определенные отклонения от нормы, что сближает их со строением черепов животных.
Ученый рассматривал преступников как атавистическое явление, шаг назад на пути эволюции. Ломброзо считал, что, согласно разработанной им системе признаков, можно определить, является ли обследуемый человек преступником или нет.
Среди физических признаков, характеризующих «врожденные аномалии» (стигматы), он называл сплющенный нос, редкую бороду, низкий лоб и т. п., — то есть, что свойственно для «примитивного человека и животного».
Ломброзо оставалось сделать последний вывод — и он сделал! Он заявил, что преступниками не становятся — преступниками рождаются и что преступление — естественное явление, подобное рождению или смерти. Эти идеи были в одно время очень популярны среди криминологов всего мира.
Среди других популярных идей Ломброзо — гипотеза о том, что на агрессивность женщин в значительной мере влияют менструации. Согласно результатам его исследования, из 80 арестованных по уголовным обвинениям женщин у 71 в момент совершения преступления были месячные. В отличие от главной теории Ломброзо эта идея популярна до сих пор. Так, в 1984 году в Англии подобное обстоятельство послужило основанием для смягчения приговора женщине, которая убила ножом своего коллегу.
Но можно ведь вспомнить преступников и из аристократической среды — убийц, не подходящих ни под один из «патологических признаков» Ломброзо. Однако нельзя не согласиться с итальянским ученым в том, что человек со слабыми умственными способностями зачастую склонен к нарушению закона. Но, конечно, происходит такое не из-за врожденных потребностей в преступлении, а из-за искаженного восприятия этических норм. Есть еще одна опасность в теории Ломброзо — с преступника полностью снимается вина, ответственность за совершенное деяние. Разве человек виноват, если он таким (аномальным) родился?
В спор криминалистов и психологов в XX веке вмешались генетики. Русский ученый В. П. Эфроимсон написал целое исследование, посвященное генетике и этике. Будучи убежденным дарвинистом, Эфроимсон считал, что в человеческих генах заложены не только животные начала, но и высшие нормы поведения — то, что Кант называл категорическим императивом. В отличие от Ломброзо, Эфроимсон считал, что «генетически» все люди добры, нравственны, альтруистичны, а убийцами становятся из-за распространенной в обществе идеологии насилия как средства достижения справедливости.
Не так давно в защиту идей Ломброзо выступил генетик В. Колпаков из Сибирского отделения Академии наук. Институту цитологии и генетики, где работает ученый, предложили попытаться выяснить роль генов в появлении людей преступного типа, ответить на вопрос о том, почему число преступивших закон не уменьшается, а постоянно растет.
На основании длительных исследований Колпаков пришел к выводу, что «генетическое участие в формировании преступного поведения есть, оно просматривается. Есть, конечно, и социальное подавление такого поведения. Существует и социальное провоцирование его. Но и генетику, ее участие в этом деле отрицать уже трудно». Правда, Колпаков пришел к такому результату не на основе «сплющенных носов» и «низких лбов», а исследуя психические характеристики личности. Ученый считает, что ненаследуемых признаков нет, а «признак преступности» передается одним геном.
Отсюда следует, что если выяснить нейрофизиологические и биохимические механизмы, посредством которых реализуется действие гена, то появилась бы возможность воздействовать на психику человека в благожелательную для общества сторону.
Это излюбленная теория марксистов-ленинистов, видящих везде и всюду лишь последствия социального детерминизма. Теория эта, однако, не объясняет и малой доли совершаемых в мире убийств. Конечно, довольно часто встречаются убийцы из люмпенизированных слоев общества, убийцы ради куска хлеба, но достаточно часто убивают не из-за куска хлеба, а из-за куска золота. Убийцами становятся люди, которые отнюдь не голодны, а просто не хотят «вкалывать», как большинство честно работающих сограждан.
А бывает, что убийцы принадлежат к весьма богатым семействам. Как, например, Марк Шрейдер, в 1978 году застреливший своего дедушку Франклина Брэдшоу, мультимиллионера из штата Юта.
