Еще в конце июля житель разъезда Уш-Балык Перфильев, занимаясь ловлей рыбы, недалеко от берега случайно зацепил на крючок какой-то тяжелый предмет. Раздевшись, Перфильев с глубины двух метров вытащил два мешка и какую-то одежду, связанные проволокой. В мешках было что-то мягкое, а к проволоке была прицеплена накладка от железнодорожной колеи, весившая по меньшей мере килограммов двадцать. Он хотел вначале развязать мешки и посмотреть что в них, но потом раздумал. Оставив все как есть на берегу, Перфильев сообщил о находке дежурному по разъезду...
Зубов опознал мешки, которые брала жена с собой. Эксперты дали заключение, что кровь, обнаруженная на мешках и остатках телогрейки, одной группы с кровью Минаевой.
Материал, из которого была сшита телогрейка, имел серый цвет и был одинаков с материалом рукава, обнаруженного в вагоне рядом с трупом.
Допрошенный вторично свидетель Чураков, подвозивший Минаевой лук, вспомнил, как недалеко от станции его окрикнул какой-то мужчина средних лет с нахальными глазами: "Дед! Ну-ка не пыли, тормозни такси!"
Он о чем-то поговорил с этой женщиной и вернулся, а Чуракову посоветовал ишака разрисовать в клеточку. Одет мужчина был в серую телогрейку, какие редко носят местные жители.
Цвет телогрейки и даже личность Максименко-Брайта подтвердила свидетельница Ушакова, та самая женщина, у которой Валентина Петухова взяла бумагу, чтобы написать Шуре свой адрес.
Ушакова постоянно торговала на рынке. И не один раз видела Максименко-Брайта, шатавшегося от стола к столу. А в тот день, Ушакова это хорошо запомнила, "Франт", как она его называла, словно из-под земли вырос около ее стола. Немного покрутился и ушел. На вопрос, что он тут потерял, Брайт ответил полушутя:
"Так, кралю одну, под вид пиковой дамы".
Неопровержимые доказательства заставили Максименко-Брайта сознаться в совершенном преступлении. На суде он подтвердил свои показания, данные следствию.
29 апреля он случайно увидел Минаеву на рынке города Чу. Когда она поехала с двумя мешками лука в сторону станции, он догнал ее и предложил ехать поездом вместе. Минаева не согласилась. Он не стал ее уговаривать, чтобы не привлекать внимания прохожих, а решил сесть в этот же поезд, только в другой вагон.
При отправлении состава со станции Кияхты Максименко-Брайт пересел в полувагон к Минаевой. Он угостил ее оставшейся водкой и попросил чего-нибудь закусить.
Когда миновали станцию Чиганак, Максименко-Брайт стал требовать у Минаевой деньги. Та отказалась отдать их. Тогда преступник пустил в ход нож... Вытащив из кармана своей жертвы около семидесяти рублей, прихватив мешки с луком, окровавленную собственную телогрейку с одним рукавом, убийца на первой же остановке сошел с поезда.
Выездная сессия Джамбулского областного суда в городе Чу, на открытом судебном заседании, рассмотрев материалы уголовного дела по обвинению Максименко-Брайта в умышленном убийстве Минаевой А.И. с целью завладения принадлежащими ей деньгами, с учетом прежних судимостей приговорила его к высшей мере наказания - расстрелу.
А.ИУШИН
В ПОИСКАХ СЕЙФА
Глубокой ночью к двухэтажному зданию конторы Семеновской автобазы подошла грузовая машина. Сидевшие в кабине шофер и пассажир несколько минут не решались открыть дверцы - прислушивались. Кругом ни звука.
- Пора, - полушепотом сказал пассажир, высокий молодой человек, и нажал на ручку дверцы.
Из темноты, словно по сигналу, появились еще трое и присоединились к подъехавшим. Все тихо. Можно действовать.
Высокий вытащил из кармана ключ, осторожно, чтобы не произвести лишнего шума, открыл дверь конторы, и все пятеро исчезли в темном проеме.
Через несколько минут в дверях показались спины двух пятящихся к выходу мужчин, а за ними появилось продолговатое чугунное тело кассового сейфа, который с противоположной стороны держали остальные. Хотя и пятеро было их, но сейф оказался тяжелым. Пришлось возле машины оставить его, передохнуть.
- Ну, давайте... Нечего зря время терять!
Дружно подняли ношу и погрузили в кузов. Шофер поднял борт, а высокий закрыл дверь конторы на ключ и скомандовал:
- Поехали!
Машина то шла по трассе с зажженными огнями, то, свернув в сторону, на длительное время погружалась во тьму, а потом вновь появлялась на шоссе, выбрасывая вперед яркие пучки света.
Под утро грузовик оказался вблизи Акмолинска, в небольшом селении Талапкер. Оттуда он круто повернул направо, в сторону Воздвиженки, и на мосту через Ишим остановился. Здесь приятели расстались.
- Как, други, чисто сработано? - спросил на прощание высокий.
- Еще бы! Концы в воду - и никаких гвоздей.
- Так и задумано было.
* * *
Октябрь в Акмолинской области был морозным, но бесснежным. Прыгая на ухабах, два газика и "Победа" на большой скорости мчались по тракту. Навстречу то и дело попадались автомашины с зерном, следовавшие в сторону акмолинского элеватора, и шоферам волей-неволей приходилось замедлять ход.
