— Или специально не арестовывает, следит за этим и надеется, что он его и на остальных бандитов выведет. Или даёт время им разыскать документы на кладбище. А потом и захватит голубчиков с поличным!
— А я думаю — о кладбище он не знает, — возразила сестра. — На кладбище никто не караулит, как думает пан Любанский, иначе Хабр сказал бы нам.
— Вот и прекрасно! — обрадовался Павлик. — Никто не лишит нас большой заслуги. Огромной заслуги! Погоди, дай подумать. Выходит, он вывел его на пана Джонатана. Я говорю об Ушастом, поручик давно за ним следит, и теперь вот он вывел его на своего сообщника, пана Джонатана, И свободно мог вывести, скажем, на Попрыгуна… Яночка остановилась как вкопанная. Этот дурацкий допрос выбил из головы главное.
— Ведь мы так и не знаем, встречался ли Ушастый с Попрыгуном. А мог запросто. Пока все сидели в засаде здесь, у магазина. Ведь и в самом деле все торчали — и мы, и милиция, и даже пан Джонатан. Надо непременно узнать!
— Как узнаешь теперь?
— А Хабр на что?
— Поздно уже…
— Если идти по следу, до завтра оставлять нельзя. Ничего, разве что на ужин опоздаем. Хабра пришлось несколько раз провести от магазина до места парковки тёмно-синего «фиата». Разъяснить, что дело не в пане Джонатане, а в другом объекте с крысиной мордой.
Определив для себя, за кем следовать, Хабр уверенно пошёл по следу Ушастого.
Поздно вечером, уже лёжа в постелях, Павлик и Яночка могли подвести итоги этого богатого событиями дня.
— Итак, сегодня они не встретились, — рассуждал Павлик. — Ушастый явно кого-то искал, в трёх домах побывал, в какую-то сараюшку заглянул. А Попрыгун прямо с пляжа отправился на базу отдыха и уже не выходил из дому.
— Возьми-ка лист бумаги и запиши все это, не то запутаемся, — посоветовала обстоятельная сестра. — Ведь чем больше у нас данных, тем больше всё запутывается. Первое: кладбище. Думаю, там они несколько дней не работали, приступят в лучшем случае только завтра. Хотели сегодня начать да не смогли друг другу сообщить. Записал? Это первое.
— Второе — две одинаковые машины, — сказал Павлик и тут же записал этот важный пункт.
— И надо бы установить, чем они отличаются чем занимается каждая. Но вот как это сделать? Даже протекторы на колёсах у них одинаковые.
Павлик внёс предложение:
— Можно колёса одной из них облить чем-нибудь вонючим, тогда Хабр проследит её путь и нам расскажет. Помнишь, он когда-то по запаху маминого одеколона точно определил…
— Помню, отцу тогда от мамы нагорело. Это когда он её одеколоном облил колёса нашей машины.
Помолчали, раздумывая, что бы такое придумать на этот раз, какойнибудь нетипичный запах, чтобы не затруднять Хабру и без того непростую задачу.
Придумала, конечно Яночка.
— Знаю! — воскликнула она. — У мамы есть миндальное молочко… или масло, точно не помню, для загара. Импортное, она неоднократно с гордостью это подчёркивала, ни у кого такого нет. Воняет по-страшному!
— Клево! — обрадовался брат. — То, что надо. Да ты не беспокойся, немножко выльем, Хабру и малости хватит. И маме останется. Так на чём мы остановились?
— На машинах. Значит, с ними тоже решили.
— Теперь пиши третье. Милиция установила наблюдение за Ушастым и паном Джонатаном. Не нравится мне это, пана Джонатана я уважаю. Он в принципе порядочный человек…
— Ещё какой порядочный! — согласился брат. — Вон как дал прикурить этой крысиной морде! И слышала — не хотел им чего-то показать. А это наверняка нужная могила, что же ещё?
— Я тоже думаю — он знает, в какой могиле спрятаны документы, и изза этого они приняли его в свою шайку, но потом он не захотел им показать могилу, и теперь они его из шайки выгоняют. Надо будет как-то его перед властями оправдать. Ну пусть не совсем, но хотя бы частично.
— Четвёртое. Нам теперь ни за что нельзя появляться на границе, — сказал Павлик. — У них тоже есть собаки.
— А пятое — нам надо собирать доказательства, — заявила Яночка.
— Какие ещё доказательства? — не понял Павлик.
— Разные. Милиции всегда нужны доказательства. Сам подумай, если они всё-таки найдут документы, а мы их у них отберём и отнесём поручику, то обязательно должны быть доказательства: где найдено, кем найдено, кто копал и когда. Иначе может на нас подумать.
Павлик почесал в затылке.
— Ты права. Только этого нам не хватало! Ну да ладно, что-нибудь придумаем. Не кажется тебе, что мы только и знаем, как сами себе работку подкидываем?
За обедом пани Кристина была очень расстроена.
— Понятия не имею, куда запропастилось масло для загара! — жаловалась она. — Всё время ношу его в сумке, не могло же выпрыгнуть? И дыры в сумке нет, не выскочило. А не поможет ли Хабр его найти?
Её супруг, похоже, не был очень уж огорчён пропажей иностранной косметики.
— Очень надеюсь, что его кто-то украл! — мечтательно произнёс он. — Так воняло — сил нет!
Вот так всегда. У неё такие неприятности, а мужу хоть бы что! И пани Кристина, стараясь держать себя, холодно заметила:
— Возможно, у него был несколько э… э… интенсивный запах, зато как способствовал загоранию!
