Умилительны были лица ветеранов. Четко отбивали шаг рослые, мускулистые парни. Грозно шла боевая техника. Страна праздновала свой великий праздник. Страна радовалась. Страна жила.
Зазвонил домашний телефон. Роман поднял трубку.
– С праздником, капитан, – услышал он голос Дубинина.
– И тебя, майор.
– Считай, подполковник.
– Тогда тем более.
Дубинин помолчал.
– Послезавтра похороны. Придешь?
– Обязательно.
– Ладно тогда, увидимся. Отдыхай, – неловко попрощался Дубинин и положил трубку.
Роман, не опуская трубку на рычаг, набрал номер домашнего телефона Лени. Пора было возвращаться к своей обычной жизни.
– Ну что, мир спасен? – спросил Леня, явно пребывавший в прекрасном расположении духа.
Он по определителю номера узнал, что звонит Роман, и сам подошел к телефону.
– А то! – улыбнулся Роман. – С праздником тебя, Ленечка!
– И тебя, родной!
– Чем занимаешься?
– Да вот, только с парада вернулись.
– Ты на параде был?
– На самой Красной площади!
– Что это тебя туда занесло? Детство вспомнил?
– Да, дочки попросили, пришлось сводить… И, чтоб ты знал, мой дед всю войну прошел. В Москве начал, в Берлине закончил. И не каким-нибудь шлимазлом, а капитаном артбатальона. Так вот!
– То-то ты такой боевой. Весь в деда.
– Ладно, не подлизывайся. Слушай внимательно, дважды повторять не буду, – понизил голос Леня. – Все прошло отлично! Ты – просто умничка. Хвалю.
– Ну, и сколько? – поторопил его Роман.
– У тебя на счету ровно шестьдесят семь тысяч евро, – почти прошептал Леня.
– Ух ты! – обрадовался Роман. – Вот это – хорошая новость. Спасибо, дружище.
– Не за что. Заработал.
– А ты сколько поимел?
– Ну, этого даже моя жена не знает. Ладно, после праздников созвонимся. Не пропадай, разведка.
– После таких новостей – ни за что.
– Ну все, будь здоров.
– И тебе не хворать.
Роман походил по квартире, раздумывая, как бы с умом потратить заработанный Леней капитал. Надо бы, наверное, махнуть на месяцок куда-нибудь подальше, в Таиланд, например, или в Индонезию. А то вообще на Гавайи – давно хотел побывать. А сегодня вечерком закатиться в казино, отвести душу после всего, что было… На миг перед глазами встало мертвое лицо Филиппа, но Роман усилием воли заставил себя о нем не думать. Это потом, будет еще время и место. А сейчас надо думать о себе. И о тех, кто еще жив. Иначе жизнь превратится в сплошную скорбь – и какой тогда в ней смысл?
Ожил мобильный, подарок Вероники. Роман только недавно включил его – и вот поди ж ты… Он глянул на определитель, усмехнулся.
– Да?
– Негодяй! – сказала с придыханием Вероника. – Какой же ты негодяй!
– Здравствуй, солнышко. Рад тебя слышать.
– Прятался от меня, да, прятался?
– Что ты, милая, и не думал.
– А почему все телефоны выключил?
– Я не выключил, я просто забыл их включить.
– За дуру меня держишь?
– Как можно? Ты мне, можно сказать, жизнь спасла. Кстати, половина выигрыша – твоя. Ты как насчет того, чтобы вечером развлечься?
– С тобой?
– А ты против? Найдем местечко потише…
– Заманчиво, – промурлыкала Вероника. – И муж на три дня укатил в командировку.
– Ну вот…
– А до вечера терпеть обязательно?
Роман усмехнулся, почесал живот.
– В общем, можно и не терпеть…
– Тогда я приеду через часок?
– Буду ждать с нетерпением.
– Лечу!
Роман подошел к окну, посмотрел на ясное небо, потянулся всем телом и отправился в ванную – освежиться перед приездом любовницы.
