Чистоплюй покачнулся и начал медленно заваливаться на бок. И в этот момент вскрикнули девушки. Обернувшись в сторону ниши, вижу, что мужик со станнером уже бездвижно валяется на полу, а полковник умело скручивает второго гостя, изо рта которого торчит кляп из невообразимо грязной тряпки.
-Хороший мальчик будет языком, если хочет жить! - Рычит беркут, угощая дернувшегося пленника увесистой оплеухой.
Возможно, это правильное решение, решаю я, бросаясь к чистоплюю. Пара увесистых пинков, от которых я не смог удержаться, это только крохотная отдушина для жара сжигающей меня ненависти. Остальное воздам ему позже, сейчас нет времени, сбрасывая гада с платформы, с досадой вздыхаю я.
-Марта, - Зовет в ухе Сид, - иди сюда!
-Что?! - интересуюсь, в три прыжка достигнув ниши.
-У тебя ничего нет, его связать?
Молча сую руку за пазуху и, покопавшись, даю ему упаковку с паутинкой и пузырек с клеем.
-А это... ? - поднимает он недоуменный взгляд получив пузырек.
Быстрее сделать, чем объяснять. Выдираю изо рта пленника кляп и сжимаю ему губы пальцами. Нажав на кнопку, пару раз провожу пипеткой по трясущимся губам. Сжимаю посильнее, считаю до пяти, все! Так же расправляюсь и с паутинкой. Кладу пакет на голову вытаращившего глаза в попытке разомкнуть губы бандита и жму на кнопку. Через полминуты пленник похож на жертву гигантского паука. Или на овощ в сетчатой упаковке.
Сид, вывернувший за то время, пока я упаковывал его языка, карманы гостей, протягивает мне два мику и станнер. Сунув станнер в карман, пару секунд рассматриваю приборы. Такие можно получить в одном из давно присоединившихся миров, однако они намного проще моего компа. Хотя, почти равны по возможностям с теми, что я раздал женщинам. Проверять их сейчас на наличие запаса медикаментов у меня нет времени, поэтому просто отдаю мику нетерпеливо переминающейся рядом Сули.
- Возьмите! - Женщина хватает приборы и почти бегом уходит от меня.
Да куда же она так торопится?!
Оглянувшись, вижу, как девушки всей кучей тащат в угол чистоплюя.
Но это их право, мне нет до этого никакого дела! Зло затыкаю свою трепыхнувшуюся, было профессиональную этику, утверждающую, что моя обязанность ни в коем случае не допускать самосудов. И, хладнокровно отвернувшись, твердо шагаю на платформу. Сид уже ждет меня. Дергаем тросик, включающий простенький мотор, неизвестно как попавший к аборигенам и под его скрип и шорох начинаем подъем. В небольшом помещении, где установлен подъемник, по утверждению мику, пока никого нет, и это нам очень на руку.
-Надо было переодеться в их одежду - запоздало соображает Сид.
Возможно. Я об этом сразу подумал. Но уж очень не хотелось. Ненавижу я чужие грязные портки. К тому же лишняя минута дороже этого дешевого маскарада.
Едва моя голова поднялась над полом комнатушки, сбрасываю с себя рванье, и ухватившись руками за край проема, забрасываю свое тело наверх. Немедленно вскакиваю и неслышными шагами подхожу к двери. Осторожно приоткрываю ее и вижу небольшой полутемный коридорчик. Сид, повторивший мой трюк, уже дышит в плечо.
-Пошли!
Ну, пошли. Выскакиваем в коридорчик и встаем спиной друг к другу, держа под прицелом станнеров двери в противоположных концах. В одной стороне станнер обнаружил двух людей, в другой трех. Куда идем?!
-Я туда. - Шепчет беркут и бросается к двери, за которой находятся трое.
Ладно. Вовремя вспомнив его специализацию, останавливаю дернувшуюся, было в ту сторону ногу и парой неслышных шагов оказываюсь у двери, предназначенной мне Сидом.
Как я не старался открыть ее бесшумно, это не получилось. И почему у аборигенов не принято мазать навесы?
Двумя нажатиями кнопки укладываю спать двух надзирательниц, изумленно поднявших глаза на скрип дверей. Мельком оглядев небольшую комнатку, в которой женщины складывали в корзины заготовки для работы, выскакиваю в коридор и мчусь к Сиду.
И сталкиваюсь с ним в дверях.
-Как там?! - рвется из меня вопрос.
-Нормально. А у тебя?!
-Тоже. Иди за женщинами, сначала возьми тех, кто может помочь. Я организую наблюдение. - Отправляю беркута в шахту.
Он послушно разворачивается и уходит, а я, отправив минироба установить вокруг дома несколько жучков и снять тот, что уже не нужен, заглядываю в комнату, где в разных позах спят трое туземцев. Похоже, это кухня, и они как раз завтракали. Заглянув в котел, зло сплевываю в сторону. Плавающие в кипятке целыми связками сосиски и ровные куски копченого мяса не оставляют никаких сомнений в том, откуда взяты продукты. Однако бесит меня не это. Судя по тому, с каким расточительным цинизмом завтракали краденными продуктами аборигены, экономить у рабовладельцев никакой необходимости не было. Почему же они тогда так скупо кормили несчастных девушек? Можно ли из этого сделать вывод, что негодяи вовсе не были заинтересованы в сохранении их жизней, несмотря на то, что зарабатывали на рабском труде неплохие деньги?
Все эти вопросы я тихонько бормочу мику, стаскивая грузных мерзавцев поближе к платформе. У, гады! Разожрались на ворованных харчах! Сбросив на пол последнего, рычу я, заглядывая в шахту.
