Выехав на дорогу, Виола резко ускорилась, переключая скорости рычагом между сидениями, пока Эдвард, начиная все больше напрягаться, наблюдал за проносящимся за стеклом пейзажем. Зацикленность пространства должна привести к тому, что они просто приедут обратно к воротам «Совенка», так никуда и не свернув, но, с другой стороны, данные события происходят не как прямой результат его собственных действий. Все происходящее лишь следствие случившихся в лагере событий без его прямого вмешательства, соответственно, может входить в последовательности, на какие распространяются рамки лагеря. Так что, вполне может оказаться и так, что действительно куда-то приедут. Продолжение мира «Совенка» должно быть не менее интересным, чем и сам лагерь. Жуя батончик с гемоглобином, Эдвард смотрел на освещенную фарами автомобиля дорогу, боясь даже загадывать, что может случиться, если сейчас или через некоторое время перед ними снова появятся ворота детского пионер лагеря, зацикленного во времени и пространстве. Некоторое время так и ехали по фактически пустой дороге, явно взял больше сотни километров в час, Эдвард не мог активировать голограммный экран, чтобы рассчитать точнее, поэтому приходилось просто определять на глаз по той скорости, на какой пролетали мимо его взора деревья, едва успевавшие попадать в свет включенных фар.
- Пионер, глянь, наши пассажиры, кажется, спят, – кивнул медсестра на заднее сидение, пользуясь небольшим зеркальцем на лобовом стекле, чтобы оценить ситуацию на том конце салона. Эдвард обернулся и согласно кивнул. Сонный и не выспавшийся Шурик, пригревшись, снова заснул, а Лена, так и не приходя в себя, от тряски при движении завалилась ему на плечо. Жгут все еще стягивал ее руку, останавливая кровотечение, и он прикинул, что сделать паузу надо будет примерно через десять стандартных минут, а в местном исчислении чуть побольше единиц взять.
- Надо будет дать руке подышать, – сказал он медсестре, – Чтобы кровь не застоялась…
- Остановимся, ослабим жгут, – кивнула медсестра, – а пока, чем быстрее едем, тем меньше времени на дорогу потребуется. Шурик крепко спит?
- Не добудимся, – усмехнулся Эдвард, возвращаясь в прежнее положение и уже заканчивая с шоколадкой. Организм требовал любой органики на переработку для восстановления кровяного баланса. В принципе, в самой критической ситуации Эдвард смог бы усвоить даже местную древесину, наниты неприхотливы при получении строительного материала, конечно, не в больших количествах, но, будет, по меньшей мере, странно, если он на следующей остановке начнет объедать ветви деревьев. Прожевав последний кусок, смял упаковку, – Оно и понятно в такой ситуации. Подняли посреди ночи, ничего толком не объяснили…
- Хорошо, – кивнула Виола, добавляя в скорости, – Эдвард, кто ты такой?
- Простите, не совсем понял ваш вопрос, – у него внутри все мгновенно похолодело. Обмануть ее, особенно после всего случившего, будет гораздо сложнее, чем кого-либо еще, к тому же, у нее наверняка и до этого были какие-то подозрения, хотя бы, после того случая, когда помогал гибриду. Тогда что с ней делать? Оптимальным вариантом, как всегда, казалось устранение возникшей проблемы, но, такой транспорт он водить не умеет, времени учиться этому нет. А Лене дорога каждая минута, так что сейчас ему медсестра нужна как водитель.
- Все ты понял, пионер, – усмехнулась Виола, даже не поворачиваясь к нему, контролируя дорогу, – Ты самый необычный из всех, кого я когда-либо видела в «Совенке», а здесь я далеко не первую смену. Повышенная регенерация… – она бросила быстрый взгляд на его полностью зажившую руку, и Эдвард про себя ругнулся, совсем забыв об этом моменте, – Внутренние протезы и возможность ими управлять… Знаешь, для переливания обычно необходима специальная аппаратура, а ты все это сделал исключительно на своих возможностях. Ни одно человеческое сердце не смогло бы сделать то, что твое выдержало. А твое смогло… Хотя, – она усмехнулась, – спалился ты не на этом, а еще в первый день, когда зашел ко мне.
- И как именно? – Эдвард усмехнулся, понимая, что такие обвинения как-либо действительно достойно объяснить не сумеет с уровнем местного развития медицины. Его возможности, казавшиеся вполне нормальными в родном мире, здесь были за гранью дозволенного.
- У тебя пульс у кисти не прощупывается, – пожала плечами медсестра, – Я, конечно, не стала ничего вслух говорить, но меня этот момент заставил сильно задуматься. Если у локтя еще как ни шло, то там его не было вообще. Вот поэтому и решила тебе еще сердце прослушать, чтобы убедиться. И у тебя необычный такт биения у него, тогда я внимания не обратила, но сейчас догадалась, как и то, почему у кисти нет пульса. Ведь искусственные сосуды защищены еще одним корпусом, так ведь?
- Виола Церновна, вы меня в тупик загоняете, – криво усмехнулся Эдвард, – с вашими навыками контрразведчика не медсестрой вам бы работать, а где-нибудь в допросном отделении.
