Эдвард тоже вылез из машины, с непривычки поежившись в прохладном ночном воздухе, успев уже порядком пригреться в теплом салоне. Пока Виола ушла внутрь, обошел машину и открыл дверь со стороны Шурика. Кровяной баланс все еще находился в отрицательном значении, и идти было несколько тяжело, приходилось даже опираться на корпус автомобиля.
- Выходи, приехали, – кивнул он Шурику, потрепав того за плечо, – Просыпайся!
- А? Что? Уже? – он несколько секунд приходил в себя, скидывая остатки сна, прежде чем выбрался из автомобиля, – Черт, холодно же здесь…
- Ничего, не смертельно, – махнул рукой Эдвард, – Сейчас со всем разберемся и поедем обратно.
Он вздохнул, прислонившись к автомобилю. Сейчас ему точно не хватало алкоголя, причем чего-нибудь крепкого, но с не очень резким вкусом. А потом чего-нибудь мясного, например, жаркое в собственном соку…
- Эд, – от размышлений о еде его оторвал Шурик, еще неуверенно посматривающий по сторонам, – Скажи, а что там на самом деле с Леной случилось? – он посмотрел на мирно спящую девушку, сейчас, без опоры в виде плеча Шурика, навалившейся на ремень безопасности, едва удерживающий ее от того, чтобы растянуться на оба задних пассажирских сиденья, – А то мне так толком ничего не сказали, Мику слезами давилась, но толком так ничего и не объяснила…
- Упала в лесу, о ветку на земле руку распорола, – даже не поворачиваясь, ответил Эдвард, – Смотреть надо внимательнее, что под ногами бывает.
- Да? А Мику что-то про закрытую дверь и нож говорила, – удивился Шурик, но в этот раз уже столкнулся с холодным взглядом Эдварда, направленным на него, и конец фразы застрял где-то в горле.
- Не верь тому, что говорят те, кто ничего не видел, – выделяя каждое слово, произнес Эдвард и еще раз повторил, – Лена упала в лесу. Рукой наткнулась на лежавшую на земле ветку. Такая история. Хорошо, что я рядом оказался, успел помочь по мере своих сил.
- Ну ладно, – кивнул Шурик, – Хорошо. Жалко только девчонку… Ведь и умереть могла… – он посмотрел на продолжавшую спать Лену, – Даже не просыпается.
- Снотворное, – Эдвард пожал плечами, не желая рассказывать, как ее отключила Виола, – в ее состоянии сейчас лучше не делать резких движений, может плохо закончиться. Демон… Шурик, ты не в курсе случаем, здесь можно где-нибудь…
- Ребята, – вышла медсестра, помахав им рукой еще от дверей, – все, давайте, будите Лену, хирург уже готов.
Эдвард, так и не договорив, кивнул и заглянул в салон. Лена выглядела тихой и спокойной, пока спала, но сейчас ее надо было проводить до операционной.
Осторожно помассировав виски, надавил на активные точки, возвращая девушке сознание, и почти сразу же столкнулся со взглядом ярких зеленых глаз, испуганно смотревших на него. Лена уже что-то хотела ему сказать, но быстро приложил ей палец к губам.
- Молчи. Ничего никому не говори. Если будут спрашивать, то отвечай всем, что веткой распорола. Потом, когда все закончится, ты мне все расскажешь. Все, молчи, – он еще раз ее остановил, когда девушка снова дернулась что-то спросить, – Все потом. Сейчас самое важное твою жизнь спасти, все остальное можно будет исправить. Хорошо? – он чуть улыбнулся, и девушка все-таки тоже улыбнулась и кивнула.
- Эдвард, а я ведь знаю, что ты не такой как все, – добавила она тихим голосом, когда убрал палец, и, взяв ее под руки, помогал выбираться из машины, – Ты ведь не отсюда, да? И в лагерь попал случайно…
- Все потом, – он еще раз ей улыбнулся, – Все потом… Виола Церновна, принимайте, – он чуть не пошатнулся, когда передавал девушку с рук на руки Шурику и медсестре, сразу же ее подхвативших. При попытке им помочь, сразу же был отстранен обратно к машине.
- Сиди уже, и так сам едва на ногах стоишь, – велела ему медсестра, – Я за тобой тоже скоро вернусь, так что никуда не уходи, – и снова показала ему на салон автомобиля, сама помогая Шурику довести Лену до входа. Парень явно не привык к физическим нагрузкам, но старался не показывать и, держа девушку двумя руками, все-таки был вполне надежной опорой. Эдвард провожал их взглядом, пока не скрылись за дверью, а оставшись один, решил, что теперь можно убрать катетер обратно. Размотав бинтовую повязку, и, закусив губу, осторожно раздвинул начинавший уже затягиваться разрез, разрывая только начинавшие затягиваться связки тканей, совсем недавно проложенные нанитами, едва не воя от боли. Катетер сам втянулся обратно, но самым болезненным оказалось совместить его обратно с остальными сосудами, приходилось это делать вручную, введя пальцы в разрез и, нащупав место соединения, подключить катетер обратно. Нейроинтерфейс тут же услужливо сообщил, что нормальный ток крови восстановлен и вторичные системы отключены.
